В таких ситуациях представительниц королевской крови ждет лишь два пути – замужество с аристократом и рожденные в этом браке дети никогда не смогут претендовать на престол, или же монастырь. Как ты понимаешь, Бриллиант Армора подобная судьба не устроила вовсе, и она отказалась как от брака, так и от монастыря. Из-за ее упрямства, вдовствующая королева, мать Сибил Анжен была сослана в монастырь в день похорон короля, а сама Ледяная принцесса оказалась в крайне незавидном положении, и все что у нее оставалось – Йен Танат.
Но ему не хватало влиятельности и средств, чтобы осмелиться попросить руки принцессы у нового короля. По этой причине он положил все на арену Мертвых игр, и проиграл. В тот день отступники отняли много жизней, и будущее потеряли не только родители этих парней».
Я невольно взглянула на принцессу, мне стало безумно жаль ее.
«О, нет, забудь про жалость, – посоветовал лорд Гаэр-аш, – не повторяй моих ошибок».
Едва ли я поняла, о чем он. И король пояснил:
«После смерти ее возлюбленного, с которым принцесса провела немало ночей, у нее оставалось два варианта – стать женой вдовца, первой супругой ее не взял бы уже никто, или «зачахнуть от тоски», то есть позволить доброжелателям все же подмешать ей яд в вино, коим ее высочество начала чрезмерно увлекаться».
Он замолчал на несколько секунд, и лишь после продолжил:
«Проблема в том, сокровище мое, что вина за смерть команды Академии магических искусств лежит на мне. Я знал, что они слабое звено, я понимал, что первый удар отступники нанесут по ним, но я не предусмотрел того, что удар будет нанесен вне арены.
Моя ошибка, и моя вина. По этой причине я согласился на помолвку. О том, что первое королевство сделает ставку на Норта, я, естественно знал – новая королева Армора по рождению Дастел, а потому да – я ожидал чего-то подобного. Почему согласился? Это игра, Риаллин. Принцесса в ней – пешка. Но эту пешку я мог оставить в первом королевстве, и тогда счет ее жизни пошел бы на минуты, а мог переместить на свое поле, где принцесса останется в безопасности, на положении отвергнутой невесты.
Ты же не думала, что я собираюсь взять ее в жены?»
Подумав, я спросила:
«А что думает об этом она?»
«Она… – король едва заметно улыбнулся».
Я бы не заметила, но изменение мимики монарха столь испуганно отслеживали придворные, что все как-то застыли, и я посмотрела на Гаэр-аша.
«Зловещая улыбка?» – поинтересовался он.
«Очень!» – от всей души признала я.