Автор
Эйфория лета растворилась как будто бы в мокроте дождя, и вот уже я возвращаюсь домой на Норвежский лес. Темное небо лишь добавляет унылости городу под бременем вечной облачности, а холодный осенний ветер обдувает крыши и рекламные щиты как живые существа из страшных сонников. В этот момент я чувствую себя не просто путешественником, но и исследователем безграничных лесов далекой Норвегии....
Просто нужно куда-нибудь идти – и я иду. Шаг за шагом.
Мне исполнилось двадцать. Осень сменилась зимой, и только в моей жизни не происходило никаких стоящих перемен. Я безо всякого интереса ходил в институт, три раза в неделю подрабатывал, иногда перечитывал «Великого Гэтсби», а по воскресеньям занимался стиркой и писал Наоко длинные письма. Иногда встречался с Мидори, мы где-нибудь вместе обедали, ходили в зоопарк, в кино. Продажа «Книжного магазина Кобаяси» завершилась успешно. Мидори с сестрой сняли двухкомнатную квартиру в районе метро Мёгадани.
Нагасава несколько раз приглашал меня развлечься, но я всегда находил причину и отказывался. Просто мне это все осточертело. Совсем не значит, что я охладел к женскому полу, но сами пьяные поиски подходящей девчонки, разговоры, походы в гостиницу мне порядком надоели.
В начале декабря я написал Наоко письмо, в котором спрашивал, не возражает ли она, если я приеду на зимние каникулы. Ответ пришел от Рэйко. «Мы рады и с нетерпением ждем твоего приезда.
Наступили каникулы, я собрал рюкзак, обул зимние ботинки и поехал в Киото. Как и обещал странный врач, окутанные снегом горы – просто чудо. Я, как и в прошлый раз, остановился на две ночи в комнате Рэйко и Наоко и почти так же провел там три дня. Когда темнело, Рэйко играла на гитаре, и мы втроем разговаривали. Вместо обеденного пикника сходили на лыжах.
