Автор
В Ноттингеме дни тянутся в одно удовольствие — будь то уютные бары, заполненные музыкальными треками, или прогулки по старым иллюстрированным аллеям. Здесь каждый случайно встречаешь своего любимого персонажа, который как будто зарезервирован именно для тебя. Ноттингем — это не просто город, это приключение в бесконечной сети взаимных отвлечений и непредсказуемых встреч....
Удивительно, но я сама залезала к нему только один раз, когда он был наказан и сидел под домашним арестом. Нам тогда было по двенадцать лет, я порвала колготки и поцарапала локоть, пока карабкалась по решетке садовой шпалеры. Этого болезненного опыта мне хватило, чтобы больше никогда не повторять подобный трюк. Отложив книгу, я встаю с кровати и выглядываю в окно – в комнате Сойера горит свет. Осмотрев стену соседского дома, с грустью вспоминаю, что садовой шпалеры уже пару лет нет, но зато труба водоотлива на месте.
"Мне хочется рассмеяться от мысли, как он удивится, когда я влезу в окно его комнаты. Я спускаюсь на первый этаж. Папа в гостиной заснул перед телевизором, поэтому я выскальзываю из дома незамеченной.
Уперев руки в бока, я запрокидываю голову, пристально рассматривая водосточную трубу. Вдоль всей длины ее держат крепежи, по которым можно переставлять ноги, взбираясь к козырьку.
Медная труба жжется холодом. Ледяная и твердая.
Обхватив трубу покрепче, я ставлю ногу на ребро крепежа и подтягиваюсь. Раздается неприятный скрежет металла, труба гудит и трясется. Стиснув зубы, я переставляю ладони, ухватываясь покрепче, и двигаюсь дальше. Чем выше я поднимаюсь, тем сильнее трясется водоотвод. Я уже не понимаю, что дрожит: мои ноги или труба, но железный гул нарастает.
– Дерьмо, – шепчу я, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
До козырька еще далеко, а тряска становится настолько сильной, что я чувствую себя коктейлем в шейкере. Слышится жалобный стон металла, и я уверена, что быстрее сломаю трубу, чем заберусь по ней. С мыслью, что лучше придумать другой романтический поступок, я спрыгиваю.
Почувствовав устойчивую землю под ногами, я с облегчением выдыхаю и потираю замерзшие ладони. Вдруг раздается страшный хруст, я в одну секунду с визгом отскакиваю в сторону, и труба с грохотом заваливается на землю в нескольких шагах от меня.
Ну вот, к списку поломанных мною вещей Сойера теперь можно смело добавить еще и его дом.
Где-то над головой слышно, как поднимается оконная рама.
– Райлс? – звучит голос Сойера.
Я ни за что на свете не хочу смотреть вверх. Из задней двери дома выскакивает перепуганная Скарлетт в одном халате. Ахнув, она спешит в мою сторону.
