Автор
В пейзаже старого двора необыкновенное вниманием окунается столб проклятий. В обычном для него месте он резко становится центром интереса, заставляя всех молча скользить взглядом, как в кошмарной игре маскировки перед неприятелем. Особое напряжение ощущается вокруг Тины — светло-блондинки, чьи блестящие черты выделяются на фоне серых пейзажей....
И когда я сделала вдох, намереваясь лишь перевести дыхание и продолжить «беседу», он умудрился вставить:
– Мисс Клэптон, мы счастливы познакомиться с вами. К сожалению, мы не были представлены, а поскольку мы с другом только приехали и пока здесь никого не знаем, то решили рискнуть и самостоятельно познакомиться с ближайшими соседями. Надеюсь, вы простите нам эту вольность… как и остальные… – я уже собралась было оскорбиться, но блондин продолжал практически скороговоркой. Оказывается, он тоже умеет играть в эту игру.
– Забудем навсегда о том досадном недоразумении, – решила я великодушно, рассчитывая, что если все участники предыдущей встречи забудут о ней, то и миссис Прайс никогда не узнает, в какой ситуации я оказалась.
Я указала гостям на кресла, из которых они поднялись при моём появлении, а сама опустилась на диван.
То и дело я косилась на мистера Гринвуда, который смотрел на меня так пристально, что это уже становилось невежливым.
Впрочем, вскоре неловкость начала таять, даже несмотря на молчание мистера Гринвуда. Ведь мистер Хокс говорил за двоих. А иногда даже за троих.
Он рассказал о том, что при жизни никогда не знал своего двоюродного дедушку, коим приходился ему мистер Хокс. Но у старика не было детей, да и более близких родственников, поэтому Вэлдон унаследовал имение и довольно приличное состояние.
– Представляете, мисс Клэптон, дворецкий сообщил, что меня ожидает душеприказчик покойного мистера Хокса, и у меня от ужаса онемели пальцы, ведь я подумал, что скончался мой глубокоуважаемый батюшка или дядя. Я не был до конца уверен. Но когда он заговорил о Хокс-парке, я очень удивился, ведь наше имение называется иначе…
За полчаса я узнала многое.
