В зеркальном отражении видишь нечто таинственное и знакомое одновременно — новая реальность, где каждый шаг может быть последним. Здесь тревога в каждом вздохе воздуха и страх застелен по всему полу, будто наступил новый вирус эмоций. Мать и дочь движутся навстречу опасности, но вместе, готовые к любой битве за выживание....
– Лучше пусть отец потом отмазывает меня от полиции, чем какие-то очередные колхозные выблюдки забьют меня насмерть в очередном Мухосранске!
– В очередном? – Денис неуклюже повернул в его сторону обклеенное пластырями опухшее лицо, синее от обширных гематом: – Ты что, снова собрался пройтись по магазинам?
– А куда мы денемся? – Максим с трудом посмотрел на друга. – Продукты закончились, воды нет. Твоя Лариса бегает с бутылками на реку и поит нас кипячёной водой. Жить как будем дальше? Когда последнюю банку с тушняком съедим? Кстати, сколько их осталось?"
"– Надо с соседями объединяться.
– Логично. – Максим закрыл тяжёлые веки. – А ты уверен, что они будут мешки таскать? Соседи твои?
– Я хз! – в голосе Дениса мелькнуло раздражение.
Он услышал торопливые шаги возвращающейся Ларисы и встретил её вопросом:
– Лариса, вы не замечали, наши соседи ведут какую-нибудь активность?
– Пыталась вчера воды попросить у кого-нибудь! – немедленно запричитала Лариса, спеша к нему с подносом в руках.
– Я вроде видел там какого-то узбека во дворе в первый день, когда мы из Москвы вернулись.
Он с трудом приподнялся, сделал глоток и поморщился:
– Фу, блин, кипячёная вода такая гадость на вкус! Лариса! Почему не добавить туда лимона хотя бы?!
– Лимоны вчера закончились, – расстроенно вздохнула домохозяйка, поднося вторую кружку Максиму. – А узбек тот на третий день ушёл, я видела, как он выходил и ворота за собой запирал.
