Героиня погибает в современном мире и неожиданно оказывается в средневековье с наследством и деньгами. Но владение имуществом оборачивается борьбой за права и сложными испытаниями. Помощники не спешат помогать, а враги готовят козни. Ей предстоит не только выжить, но и отстоять своё место в...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Новая жизнь тихой Аннушки»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Героиня погибает в современном мире и неожиданно оказывается в средневековье с наследством и деньгами. Но владение имуществом оборачивается борьбой за права и сложными испытаниями. Помощники не спешат помогать, а враги готовят козни. Ей предстоит не только выжить, но и отстоять своё место в...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Героиня погибает в современном мире и неожиданно оказывается в средневековье с наследством и деньгами. Но владение имуществом оборачивается борьбой за права и сложными испытаниями. Помощники не спешат помогать, а враги готовят козни. Ей предстоит не только выжить, но и отстоять своё место в...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А возле самих дверей обняла и помолилась Пресвятой Деве о заступничестве за меня.
Я не без трепета шагнула впервые на хозяйскую половину. Здесь все иначе. Огромный зал с высокими потолками. Под ногами ковер, правда, прожженный в нескольких местах.
Большой стол, на нем несколько подсвечников с зажженными свечами. А за столом сидят двое. Хозяин, его я знаю. Видела, как садился верхом на лошадь. И незнакомец – о ужас! – в коричневой сутане. Храмовник! Только не это!
Тетка Ванда и сама их опасалась, и мне велела держаться подальше от них. Потому как они наряду с королевской волей имеют право казнить и миловать. За что? Был бы человек – а повод найдется.
Глава 4
– Ты и есть Аннанкиэта, что с кухаркой сюда пришла?
Все пропало. Вопросы начал задавать храмовник.
– Да, святой отец, – пискнула я. Стояла согнувшись, руки опущены в замке, чтобы не выдать дрожь. Глаза в пол. Дышала через раз.
– А мать твою как звали?
Вопрос поставил меня в тупик. Покойница-то при чем? Или не за Дузанька карать пришли…
– Мичелла, святой отец.
– А про отца что тебе известно?
Чем дальше, тем непонятнее.
– Ничего, святой отец.
– Все сходится. Умер твой отец на днях. Барон Джоржио де Вильво его звали. А ты, выходит, его бастардка. Письмо он тебе оставил, в завещание включил, и вот, сто золотых монет тебе полагается.
Послышался звук металла, ударяющегося о столешницу.
Ничего себе новости! И сразу несколько. Папаша, значит, знатного рода, но отказался меня признавать. А про наследство… Так это вообще гром среди ясного неба. Только жизнь моя вошла в тихое русло. Привыкла ко всему, обжилась. И нате вам.
– Читать умеешь?
– Да, святой отец, – я не врала."
"Тетка Ванда не умела, а меня, видимо, мать в детстве учила. Как-то попался на глаза обрывок пергамента, я без труда его прочла.
– Ну тогда сама все узнаешь. Возьми.
Я на негнущихся ногах подошла к храмовнику. Первым делом склонилась в пояс. Он протянул мне два свитка, запечатанных чем-то вроде сургуча. А вот мешочек с деньгами передавать не торопился.
– Мне плата полагается.
Ах ты черт жадный! Но вслух произнесла другое.
– Конечно, святой отец.
– Десять монет забираю из твоего наследства.
Котья мать! Целое состояние! У-у-у-у!
Он выудил монеты, а оставшиеся передал мне. Я взяла и снова поклонилась в пояс.
– Иди.
Пресвятая Дева! Неужели меня отпускают?
Я не поворачиваясь к ним спиной, в полупоклоне добрела до дверей. Вновь поклонилась в пояс. Попой толкнула дверь и юркнула в коридор.
Тетка Ванда дожидалась меня здесь. Оглядела мои руки со свитком и мешочком денег и прикрыла в испуге рот ладонями.
– Я не крала. Это мое наследство. Храмовник вручил, – заторопилась ее успокоить.
Тетка не молода. Не приведи Пресвятая Дева ее удар хватит. Я одна-одинешенька в мире останусь.
– Так откуда? Ты же безродная.
