Автор
В зловещем пристанище, где молитвы о вечном покое были услышаны как призыв к смерти, Елена-Луиза Кинкейд пала жертвой неуместной чистоты. Ярость церкви заставила ее быть заключенной среди могильных холмов, её тело должно было исчезнуть под землёй, изгнанная от святых кладбищ. Но её гневный дух продолжает проклинать мир в этом мрачном убежище, где дождь нависает над безмолвными могилами....
Кинкейд, в свою очередь, смотрел на жену, не зная, что и сказать.
– Он был жирным, – заметил Маркус, первым приходя в себя.
– Не жирным, а статным, – поправила Джейми.
– А что это у него на голове? – поинтересовался Гавин, отступая назад, чтобы получше рассмотреть Вильгельма. – Что это за желтое пятно?
– Это нимб, – объяснила Джейми.
– Вы сделали из него святого? – удивился Маркус.
– Пока неофициально. Но это вопрос времени. Я уверена, что церковь скоро канонизирует его.
– За что? – спросил Маркус, выразив то, что было у всех на уме.
Джейми была польщена, что муж и его товарищи так заинтересовались историей ее страны. Она принялась пространно объяснять, как Вильгельм, действуя в одиночку, изменил к лучшему жизнь Англии; как он закрепил права феодалов над вассалами и установил форму отношений между ними.
Закончив рассказ, Джейми ожидала, что на нее посыплется град вопросов, но мужчины молчали.
– Как вы думаете, эта система сработает здесь? – спросила она.
– У нас эта система существует несколько сотен лет, – фыркнул Алек.
– Вы только что описали нам построение шотландского клана, миледи, – добавил Гавин как можно мягче, стараясь сгладить неловкость, вызванную резким замечанием Кинкейда.
– Сорвите эту тряпку! – приказал Алек.
– Муж, ты не сможешь так поступить! – закричала Джейми. – Мои сестры провели не одну бессонную ночь, вышивая этот гобелен. Они так старались, чтоб успеть к моему дню рождения! Он будет напоминать мне о доме…
Отец Мердок, вошедший в это время в зал, услышал жалобный голос Джейми и, взглянув наверх, сразу понял, о чем идет речь.
Священник видел, что назревает скандал, и поспешил вмешаться. Он просто был обязан защитить эту маленькую женщину от гнева мужа.
– Успокойся, Алек, миледи вовсе не хотела оскорбить тебя. Она же не знала, что вешает на стену портрет твоего врага.
– Конечно, Алек, у меня и в мыслях этого не было, – поспешила согласиться Джейми.
– Я испытываю твое терпение?! – переспросил Алек, едва сдерживаясь.
– Да, Алек Кинкейд, – подтвердила Джейми. – Насколько я понимаю, это и мой дом тоже, а стало быть, я могу вешать на стены все, что мне захочется.
– Нет, – твердо заявил Алек.
Джейми и отец Мердок недовольно посмотрели на него. Гавин и Маркус продолжали улыбаться. Джейми повернулась к мужу спиной.
