Автор
В зловещем пристанище, где молитвы о вечном покое были услышаны как призыв к смерти, Елена-Луиза Кинкейд пала жертвой неуместной чистоты. Ярость церкви заставила ее быть заключенной среди могильных холмов, её тело должно было исчезнуть под землёй, изгнанная от святых кладбищ. Но её гневный дух продолжает проклинать мир в этом мрачном убежище, где дождь нависает над безмолвными могилами....
– Алек, я потеряла свой кинжал, – внезапно забеспокоилась Джейми, как будто это было сейчас самым важным для нее. – Алек, кинжал…
– Забудь о кинжале, – прервал ее муж. – У тебя ничего не сломано? Попробуй пошевелить ногами. Я сейчас отнесу тебя к людям. Отпусти Гавина.
– Гавина? – Только теперь Джейми заметила, что ее руки до сих пор крепко сжимают плечи товарища, а голова его лежит у нее на коленях.
И тут Джейми вспомнила все.
– Алек, кто-то ударил Гавина по голове, и, не успей я подхватить его, он упал бы в пропасть.
Голос жены был ясным, но в глазах стояли слезы. Алек решил не спорить. Он расцепил ее руки, поднял Гавина над головой и передал своим воинам.
Кинкейд снова склонился над Джейми. Глаза его были влажны, и она догадалась, сколько волнений причинила мужу.
– Алек, я буду хорошо себя вести. Обещаю, что никогда тебя не покину и буду во всем слушаться.
Алек не верил своим ушам: Джейми его утешала!
– Да, ты никогда меня не покинешь, – повторил он.
"– Лоб? Ах, это ерунда! У меня в плече застрял мой собственный кинжал, – сообщила она.
По спокойной реакции мужа Джейми поняла, что рана не опасна, но ей хотелось, чтобы Алек подтвердил ее догадку.
– Рана ужасная?
– Нет, – ответил он.
– Но я его до сих пор чувствую. – Джейми попыталась повернуть голову так, чтобы увидеть свое плечо, но Алек, взяв ее подбородок, помешал ей в этом.
– Тебе повезло, Джейми, – сказал он. – Кинжал застрял в мякоти предплечья. Слава Богу, кость не задета. Алек оторвал полоску материи от своего пледа.
– Ты хочешь перевязать рану? – спросила Джейми, но Алек промолчал и молниеносным движением выдернул кинжал.
– Вот он. Надеюсь, ты не успела почувствовать боли?
– Нет, мне было больно.
– Потерпи, любимая. Его нужно было обязательно вытащить, и ты прекрасно это знаешь. Джейми тяжело вздохнула.
– Я знаю, во всем случившемся ты винишь только меня, – пожаловалась она, пока Алек брал ее на руки и поднимал.
– Конечно, нет, любимая. Зато ты теперь нашла свой кинжал.
– Алек, мне больно! – закричала она, когда муж коснулся ее раны, но сильные руки уже подхватили ее, и она оказалась наверху.
Алек посадил Джейми к себе в седло и осторожно прижал к груди.
– Почему же ты не спрашиваешь, кто на нас напал?
– Я знаю, кто это был, – ответил Алек.
