Автор
Лучше всего отметить новый год вместе со своим ребенком – и это становится еще более значимым событием благодаря внезапному приглашению от влиятельного знакомого миллиардера. В предвкушении Нового Года, сани похоже забыли на стоянке, но романтика новогоднего чуда ждет в загородном домике с уютом и изобилием приготовленных блюд. Каждый встречный мгновенье становится драгоценным свидетельством семейного тепла в середине зимы....
Они такие славные… Меня как будто вытряхнули из привычного мира и перенесли в другой.
— С чего вы вообще решили, что у меня что-то стряслось?
— Вы моете посуду без перчаток.
Нина замирает, поворачивается на меня с любопытством.
— И?
— Говорят, синтетические моющие вещества портят кожу и маникюр. У вас маникюр.
— Да.
— И вы его испортить не боитесь.
— Нет, не боюсь. Мой мастер делает крепкое покрытие.
— Знаете, девушки, которые готовятся встречать новый год в глуши, в компании любимого мужчины, обычно стараются не допустить даже крохотного шанса испортить что-то в своей внешности.
Нина удивленно смотрит мне в лицо. Пена сползает с губки, вода шумит едва слышно.
— И все эти выводы вы сделали, только посмотрев на мой маникюр и губку с пеной в руках? — спрашивает она.
Я несколько секунд выдерживаю паузу, потом усмехаюсь:
— Нет, конечно же.
— А это еще почему?!
— Потому что меня в дом тащили вы.
— Может быть, он просто... просто не приехал! Еще…
— Нина, вы угрожали мне ружьем.
— Для самообороны.
— Вот! — подчеркиваю.
— Скажите, вы адвокат? Юрист? Или кто-то в этом духе? — уточняет Нина.
— Я? Нет. Не угадали. Даже близко — нет.
— Странно. Но такой же дотошный буквоед.
— Предпочитаю, когда меня называют внимательным и наблюдательным.
— Очень наблюдательны, когда обращаете внимание на других. Но невнимательны к себе. Иначе бы я вас из сугроба, у черта на куличках, в селе Снегирево, не вытаскивала. Где-то вы пропустили, Алексей!
Невольно я смеяться начинаю, признавая отчасти ее правоту.
— Нет, тут другое. Не то, чтобы я был невнимателен…
Я плохо, что помню из произошедшего со мной до пробуждения. Память — вязкое болото с обманчивыми кочками. Но фамилия Поздняков и знание, что он, мой близкий друг, был в этот момент рядом, крутится на поверхности.
Что-то ему от меня было нужно… Что-то…
— И что же это другое? — не унимается Нина.
