Автор
Похоже, меня затянуло в один из самых мрачных кошмаров — где ты бежишь безустанно, как будто каждый шаг толкает тебя обратно к ужасной реальности. Ноги медленно оступаются и отвалятся, а скорость все меньше приближается к необходимой точке.
– Что?
– Что тревожит тебя больше всего?
– Попробуй угадай! – вздохнула я и, потянувшись, коснулась его носа кончиком указательного пальца.
Каллен кивнул.
– Получается, я хуже Вольтури, – мрачно про изнес он. – Что же, наверное, заслужил.
Я закатила глаза:
– Максимум, на что способны Вольтури, – это убить меня.
Напряженный, как струна, Эдвард ждал дальнейших объяснений.
– А ты можешь бросить, исчезнуть, пропасть.
Вольтури, Виктория – они ничто по сравнению с этим.
Даже в темноте было видно, что бледное лицо исказилось от боли.
– Не грусти, – коснувшись его прохладной щеки, прошептала я, – не надо!"
"Уголки красивого рта будто нехотя поползли вверх, но глаза натужная улыбка не осветила.
– Как же доказать, что я физически не могу тебя оставить? – шепнул он. – Надеюсь, хоть время по может…
Время… А что, идея хорошая!
– Посмотрим, – милостиво кивнула я.
На лице Эдварда отражалась все та же мука, и я решила развлечь его болтовней о куда менее важных делах.
– Слушай, раз ты решил остаться, может, вер нешь подарки? – как можно беззаботнее спроси ла я.
В какой-то мере попытка удалась: он улыбнулся, хотя взгляд по-прежнему был грустным.
– Я их и не забирал. Знал, что поступаю неправильно: сам ведь обещал тебе покой без всяких напоминаний. Наверное, глупо и по-детски, но захотелось оставить хоть кусочек себя. Диск, фотографии и билеты в твоей комнате под половицами.
– Правда?
Эдвард кивнул, слегка ободренный тем, как я радуюсь таким мелочам.
– Мне кажется… – медленно начала я. – Не уверена, но похоже… Похоже, я чувствовала это с самого начала.
– Что чувствовала?
Хотелось только одного: чтобы из любимых глаз исчезла боль. Когда я заговорила, мои слова прозвучали даже спокойнее, чем я рассчитывала.
– Какой-то частью души, возможно подсозна нием, я все это время верила: моя судьба тебе небез различна. Наверное, поэтому и слышала голоса.
На секунду воцарилась мертвая тишина, а потом Каллен без всякого интереса спросил:
– Что за голоса?
– На самом деле только один, твой. Долго рассказывать… – Наткнувшись на настороженный взгляд, я тут же пожалела о том, что завела этот разговор. Вдруг Эдвард, как и все остальные, решит, что я сумасшедшая? Вдруг они правы?
– Я никуда не спешу, – как-то напряженно проговорил Каллен.
– История довольно жалкая…
Он ждал.
