Добрый день, Софья Павловна, — распахнув калитку с декоративным камнем и арочками в высоком заборе, приветствовал девушку охранник. Здесь воздух кажется насыщенным свежестью и теплом, как будто дверь открывается в новый мир — необыкновенные райские кущи с невиданными растениями и живописными видами за горизонтом. Софья с интересом рассматривает пришельцев из этих экзотических уголков, где время кажется медленнее....
Видимо, почувствовав тот предел, за которым начнутся вопросы и негодования, она все же оповестила:
— А это значит, что украсть сокровища Октябрьских мог только тот, кто побывал в усадьбе за те трое суток. Между моментом, как Павел Егорович закрыл сейф, и до момента моего отъезда и консервации усадьбы. — Снова помолчала, обведя очередным свербящим взглядом родственников, и внесла главное и основное уточнение: — Это три. И это плохое три, потому что люди, побывавшие в усадьбе за этот период, сейчас здесь присутствуют.
— Ну ни хрена себе у нас тут трабл замутился… — ошарашенно протянула Дашка и резко заткнулась под строгим взором бабушки.
— Дарья! — не удержавшись от назидания, резко осадила внучку Эльвира Аркадьевна. — Оставь, будь любезна, неуместный сленг для своей подростковой компании. Человеку, уважающему русский язык, сентенции из американизмов и завуалированной ругани режут слух.
— Да кому сейчас до политесов! — возмутилась Дашка. — Все сидят и матерятся про себя, поверь, еще и позаковыристее! — И напомнила форсированно-наигранно: — Але, ба! Нас обокрали! На минуточку, скоммуниздили охренительное семейное добро-богатство! А ты тут топишь за чистоту языка!
И именно после этой отповеди Дашки, произнесенной бесшабашным, почти веселым голосом, попавшей в «крутой замес-интерес», как она любит выражаться, все собравшиеся в полной мере осознали то, о чем именно сообщила им Эльвира Аркадьевна.
И тишина заполнила собой столовую…
В юности Софья была уверена, что классификация тишины, как то: «гробовая», «давящая», «тяжелая», «звенящая», «легкая», «романтическая», «многозначительная» или еще какая-то там — все есть чистой воды литературный (как правило — заезженный) штамп и не более того. Но как показал дальнейший опыт ее жизни, это мнение девочки Сони было ошибочным. Тишина на самом деле имеет разные свойства и по-разному воздействует на человека.
В данный же момент над столом повисла напряженная, странная и какая-то… растерянная, что ли… неопределенная, но ощутимая плотная тишина.
— Подожди, мама! — разбивая давящее на нервы затянувшееся молчание, первым возмутился Алексей. — Ты что-то путаешь.
