Или полковника Кутепова!
– Кутепова? А кто это?
– Полковник лейб-гвардии Преображенского полка. Как раз сейчас пытается что-то сделать для восстановления порядка в столице. И назначь нового главу правительства из числа тех, кто будет верен лично тебе и кто пойдет по головам ради твоего благоволения.
Николай вновь заходил по салону. Резко остановившись, он воскликнул:
– То есть ты предлагаешь, устроить кровавую баню исключительно на основе твоих слов и предположений? Реки крови в тылу во время войны только на основе твоих подозрений!
– Ты знаешь, сколько твоих подданных убили сегодня и вчера в Петрограде? А сколько убьют завтра, если ты не предпримешь что-нибудь? Да, подавление мятежа – это всегда кровь. Но это минимальная кровь для всеобщего спокойствия. Бездействие же приведет к революции и к гражданской войне, на которой погибнут миллионы, если не десятки миллионов. И вся эта кровь будет на твоей совести.
– Тебе легко рассуждать! Ты не отягощен короной империи и не несешь бремя ответственности за ее судьбу!
– И слава богу, брат мой. Я многое в жизни делал для того, чтобы оказаться от твоей короны как можно дальше. Но увы, не судьба. Как только корона слетит с твоей головы, наши с тобой головы слетят с плеч, вот и вся диалектика. Так что я весьма заинтересованное лицо в наших с тобой общих делах.
Император продолжил хождение туда-сюда. Затем, что-то вспомнив, он спросил:
– Кстати, мне докладывали, что ты из Гатчины вылетел в Москву. Каким образом ты оказался здесь?
– Никки, это не столь важно. Давай по существу вопроса. Времени у нас с тобой не так уж и много.
– Потому, брат мой, что в Петрограде в ближайшие час-два будет образован Временный комитет депутатов Государственной думы, который образует Временное правительство, которое, в свою очередь, заявит о том, что оно принимает на себя всю полноту власти в империи. Хочешь дождаться? Изволь. Но я – нет. И не спрашивай, откуда я знаю. Спроси у своих чиновников, почему они не знают. Или знают, но ты не знаешь. Так что давай быстрее решай.
– Но августейшая семья! Она в Царском Селе!
– Увы, да. Но из поезда ты им ничем не поможешь, а вот из Ставки – вполне. Ты, главное, прими решение. Если требуется моя помощь – я всегда рядом.
Николай подозрительно посмотрел на меня. Я скривился, словно от зубной боли.
– Никки, только не начинай опять по кругу! Мне для твоего смещения вовсе не нужно было лететь в Могилев, я вполне мог сидеть сейчас в Зимнем дворце и готовить бумаги для регентства!
Император вновь уставился в окно. Нет, мне он до конца не верит, это ясно. Но что же делать? Остается лишь убеждать.
– Тебя предали все. Тебя предала Государственная дума. Тебя предала аристократия. Тебя предали твои генералы.