И была в их глазах та смесь демонстративной брезгливости и надменного презрения, которую легко увидеть в глазах джентльменов в пробковых шлемах где-нибудь на просторах Африки или в джунглях Индии, где высококультурным цивилизованным господам приходится нести бремя белого человека диким аборигенам. Лишь в глазах Рейли дополнительно отражалось некое удовлетворение от хорошо и правильно выполненной работы.
Дождавшись, когда цесаревич Кирилл (или уже император Кирилл Первый?) наконец усядется в свое кресло, Рейли заговорил сугубо деловым тоном, обращаясь непосредственно к бывшему самодержцу:
– Итак, ваше императорское высочество, в ваших руках будущее России, и вы можете сделать это будущее менее болезненным во всех смыслах…
– Что это был за взрыв? – перебил его Николай.
Рейли пожал плечами.
– Как я уже говорил, история полна случайностей. Однажды одна безделушка случайно попала в висок одному императору, и тот, по чистой случайности, скончался именно в этот момент от апоплексического удара. Что ж, бывает такое в жизни. А бывает, что соберется другой император у себя во дворце устроить аудиенцию для прессы, а тут такая незадача – самопроизвольный подрыв боеприпаса в той самой комнате, куда один генерал распорядился поместить запас оружия и припасов к нему на случай обороны дворца. Случайность, взрыв, и вот мы с вами, собравшиеся здесь, прошу заметить, тоже совершенно случайно, обсуждаем будущее России, в котором некоему Михаилу Александровичу, по чистой случайности, уже нет места.
– Вы убили его! Убили императора союзной державы! – Николай в ярости вскочил с места, и казалось, что он сейчас бросится на англичанина. – Это… война!
– Оставьте ваши высокопарные слова для публики. – Рейли был холоден. – И мы слишком заболтались, размениваясь на всяческие сантименты. Прошу вас присесть, ваше императорское высочество, и выслушать голос разума. Итак, вне зависимости от результатов случайного взрыва в Зимнем дворце, приходится констатировать, что в России с этого момента появляется новый император. И лишь от вас, ваше императорское высочество, зависит имя этого императора.
Кирилл Владимирович опешил, но Рейли даже не обратил на его реплику никакого внимания и продолжил:
– Вариант первый. Вы подписываете бумаги и публично подтверждаете тот факт, что ваш брат Михаил силой вырвал у вас отречение за себя и за сына, а после держал фактически под арестом, откуда вас, кстати, героически вызволил ваш кузен великий князь Кирилл Владимирович. После этого заявления на престол восходит император Алексей Второй, а великий князь Кирилл Владимирович становится регентом и главой Совета Правителя. И этот вариант никак не зависит от результатов случайностей в Зимнем дворце.