Автор
В дрожащем свете ночи Аскель чувствует холод и боль, как никогда прежде. Кровь на его одежде и руках – символ того, что он больше не может с этим ничего поделать. Мир вокруг кажется тихим, но полным грозящего угрозы тьмы, а внутри него – пустота и невыносимая тоска.
Аскель кивнул и, перевернув своего приятеля на здоровый бок, осмотрел располосованный. И ужаснулся, тут было много ран… очень много. Да вся спина была исполосована, будто Хайро резали живьём или били плетью, пока вся кожа не сойдёт со спины.
— Вмять… не знаю, что с тобой было, но ты точно настрадался. А сейчас не двигайся.
Заткнув Хайро рот куском его же рубашки, Аскель сконцентрировался и стал выпускать белую ману из своего указательного пальца. Зрелище было завораживающим, вон даже у Хайро открылись глаза от удивления.
Глава 50
Аскель опустил палец на первую полосу от когтей, белая мана тут же принялась вливаться внутрь и начала, как в случае с самим Аскелем, восстанавливать все ткани в правильном порядке, а не хаотическом. Да и боли, по идее, не должно быть. Всего несколько секунд — и готово, словно попаданец делал надрез скальпелем. Вот только не резал кожу, а заживлял её, кстати, вместе с костями, что было хорошо заметно в паразитном зрении, будто перед парнем лежал человек без кожи.
— Готово. Твой бок в порядке. Надеюсь, ты не против, но я залечил твои трещины в рёбрах, которые заросли не совсем правильно. Теперь приступим к остальному, но предупреждаю, сейчас… может быть немного больно. У тебя слишком обширные повреждения источника и кожи, множественные ожоги от заклинания огня. А я-то думал, что маги подобного направления должны быть более устойчивыми к своей стихии.
Хайро завопил. Из его глаз полились слёзы, вот только глаза передавали не боль, а счастье.
"Проблемы возникли в области груди, паразит внутри тела парня остро реагировал на белую целительскую ману и буквально впитывал её, не давая телу излечиться. А вот это интересно… чем больше Аскель вливал белой маны в паразита, тем насыщеннее становился его цвет, но размер не менялся, а оболочка покрывалась неким слоем… Но непохоже, чтоб это приносило Хайро хоть какие-то проблемы. Истратив практически всю свою белую ману, Аскель поднялся и улыбнулся, протягивая руку своему приятелю.
— Поднимайся и вынь уже кляп, ты здоров, как… в общем, здоров, — упоминать какого-либо зверя Аскель не стал. Неполиткорректно будет звучать, учитывая, что Хайро оказался оборотнем.
Хайро поднялся и, не веря, осмотрел свои руки и бока — ни шрамов, ни ран, а глаза… эти глаза горели преданностью и благодарностью.
— Спасибо, Аскель… я… я этого не забуду. И твой секрет умрёт со мной. Честно.
