По середине пути карета остановилась из-за внезапной грозы, и там, среди лавок и ухоженных садов древнего города, Аскель начал понимать, что в его жизни произошли необратимые изменения. Вдали раздавались удары молний, а мир внутри кареты был наполнен тихими шепотами и вздохами, как будто каждый из них ждал этого момента, где все станет явью — и новые реалии начнут свою жизнь в сердце старого Рала....
— Скорее проблемы у окружающих, особенно, если начнут капаться в твоих секретах, я так понимаю… секреты в своём доме ты хорошо спрятал?
— Очень хорошо, так хорошо, что никто их не найдёт, даже если дом по кирпичику разберут.
Поездка действительно обещала быть весёлой и довольно спокойной, на небе ни единого облачка, с полей до кареты с двумя пассажирами доносился запах цветов, и вся обстановка буквально расслабляла. Кира была права, неприятности так любили Аскеля, что сами липли к парню, словно магнит к металлу, правда, в данном случае магнитом был Аскель.
По пути в Антонию проехали мимо бывшей столицы, Аскель поведал историю, как они с Нессией спасли местную девушку, дочку Женора Рала и как та нашла его в итоге в Академии, чудом они раньше не столкнулись, никак иначе это по другому не назвать.
— Может, заедем? — неожиданно предложила дроу, провожая взглядом неспешно проплывающий город за окном.
— Не думаю, что это хорошая мысль, я кому только что рассказал историю моего первого и последнего посещения данного города? И боюсь, что Нессия с Мариной после такого тебя точно не простят.
— Ты так спокойно об этом говоришь… обычно парни мечтают, затаив дыхание, или бояться своих желаний, а ты совершенно спокоен.
— Знаешь… у Изначальных в книге была поговорка: «Перед смертью не надышишься» так что… какой смысл тянуть? К тому же, я точно знаю, если мы заедем в бывшую столицу, то у меня будут новые неприятности, а то и несколько.
— Тут ты, возможно, прав… Аскель, а зачем ты убил всё свободное время на очистку этой штуки? Нет, я всё понимаю, ты хотел её для коллекции, но его стоимость в чистом виде — максимум сто пятьдесят золотых монет. В конце концов, не самая редкая вещь, а по факту металлолом.
— Сто пятьдесят золотых за кусок металла… Блин… куда катится этот мир… можно чуть ли не всю деревню с трусов до шляпы одеть, а аристократы тратят такое на побрякушки, что ты смеёшься?
— Прости… просто ты кажешься таким милым в этот момент, но скажу в защиту Аристократов, что таких индивидов, готовых купить данный артефакт за сто пятьдесят золотых всего нечего, остальные просто выкинут или будут двери подпирать.
