Покосившись напоследок на него, я выскользнул за ворота. Что-то сегодня солнце аж припекает, и ветерка нет, зря я куртку напялил. Но там кольцо спрятано, в штанах быстрее потеряется. Ничего, не сахарный, не растаю. Итак, пройдемся по списку…
Перечень, хоть и был большим, но на деле мне и половины не удалось собрать, а я уже приблизился к болотной местности; в паре шагов от меня грелась черная ящерка, переливаясь в солнечных лучах. Не саламандра, но тоже нужна. Отбросив идею ловли как в детстве, то есть руками, я придавил рептилию воздушным кулаком.
— Ну-ка, иди ко мне красавица или красавец, кто вас разберет, — ящерка, сделав несколько движений, чтобы вырваться, затихла в руке, глядя на меня своими черными глазами-бусинками, — Мне нужен только твой хвост. Конечно, ты тоже пошла бы в зелье, но, на твое счастье, и на мое тоже, нам не нужно зелье молодости — все равно не приготовлю.
Наверное, скоро как Ульях буду с живностью разговаривать, но они ему хотя бы отвечают. Но после нехитрых манипуляций хвост остался у меня в руке, а ящерица поспешила убраться прочь, юркнув под камни. Некоторое время еще наблюдал, как дрыгалась отпавшая часть рептилии — не, ну занятно же! — после чего хвост отправился в сумку, а я пошел срывать камыши. Надеюсь, у Марфы сегодня сон до обеда. Не уверен, что эта зеленая морда меня смогла запомнить. Или запомнила, но как потенциальное блюдо.
Медленно развернулся в сторону звука, смотря как из болотной глади появляется сначала голова, а потом и сама жаба. Как всегда, красивая до безобразия.
Если бы не ее длинный язык, то у меня был приличный шанс сбежать прямо сейчас, но болотная жительница реагировала на движение, при чем очень хорошо реагировала, а меткость у нее — девять из десяти. А, если я подпалю ей шкуру, меня не простит Ульях, и потом не докажешь, что тебя хотели съесть, а не просто облизать. Потому, на жабу смотрел настороженно, не делая резких движений.
— Ты меня помнишь? Должна же запомнить, я с твоим другом хожу, наставник я его… — я разговариваю с жабой. Следующая стадия — жаба разговаривает со мной. Но я-то знаю, что я не Говорящий со Зверьми, а значит это все, нервное, — Давай ты будешь заниматься своими делами, а я — своими, а потом мы тихо-мирно разойдемся.
Даже не знаю, как это перевести, но амфибия нападать не спешила, как и вылезать из своей трясины. Мысленно воздав молитву богам, сделал шаг назад, пропуская энергию в пальцы руки. На всякий. Это еще хорошо, что они магию не чуют. Жабы эти.
Минута. Ничего. Она смотрит на меня, я — на нее, а под левой лопаткой ужасно чешется. Медленно отведя руку назад, с наслаждением почесал спину.
— Кваа, — ничего не понял, но прозвучало как-то жалобно. Или у меня уже слуховые галлюцинации начинаются.