Автор
В лесной тьме исчезают последние звуки мира, а Катя чувствует его дыхание на шее. Ее сердце забилось так быстро, что кажется остановится в любой момент, но она не может уйти — ни за что. Он молчит, и это слово гнетет ее, как кирпичный дом на горах. Катя тянется к нему, но он отстраняется, словно избегая леденящего холода их прошлого....
Молчание было нарушено, когда Кате понадобилась информация о правильном въезде во двор: навигатор выстраивал странный маршрут.
Через пару минут Катя остановилась у нужного дома. Едва она повернулась к Денису, он заговорил:
— Спасибо, что помогла. — Казалось, он сам не знал, каким словом назвать ее сегодняшнее участие в его судьбе.
— Пожалуйста. — Она скованно улыбнулась. Угроза серьезных травм больше не отвлекала ее от неловкости их положения, и Катя с трудом представляла, как продолжать разговор или как его закончить.
Денис открыл дверь со своей стороны и вышел из машины. Остановившись, он вдруг посмотрел на Катю, словно только что вспомнил о чем-то.
— Ты так и не сказала, зачем приезжала в офис.
Застыв в кресле, она пыталась быстро решить, стоит ли начинать эту тему сейчас.
— Я узнала, что ты помогал Марии Жуковой, — выдала она наконец устав гадать. — Я хотела поблагодарить. И извиниться. — Денис слушал ее молча. — Я во многом была не права на твой счет.
Он ответил не сразу. Секунду или две он казался совершенно неподвижным.
— Не за что извиняться, — произнес он вновь свои не столь давние слова и жестко усмехнулся. — Я сделал то, что должен был. И да, — продолжил он после небольшой паузы, — ты была права: с таким грузом невозможно жить.
Пассажирская дверь закрылась быстрее, чем Катя сумела что-либо сказать в ответ.
Глава 29
Третья неделя сентября радовала Москву прекрасной погодой. Красное золото опадающих листьев сияло в солнечном свете, теплый ветер казался едва ли не весенним, и прохожие под влиянием природных чар и выработки витамина D улыбались несколько чаще обычного.
Воодушевление в компании с одержанным менее получаса назад успехом на процессе, с которого Денис сейчас и направлялся к своей машине, были достаточно сильны, чтобы возникло желание ненадолго их продлить. Взглянув на часы, он подумал, что не помешало бы в кои-то веки пообедать не за письменным столом. Вся вторая половина сегодняшнего дня была отдана бумажной работе, и Денис мог не торопиться в офис.
