Автор
В лесной тьме исчезают последние звуки мира, а Катя чувствует его дыхание на шее. Ее сердце забилось так быстро, что кажется остановится в любой момент, но она не может уйти — ни за что. Он молчит, и это слово гнетет ее, как кирпичный дом на горах. Катя тянется к нему, но он отстраняется, словно избегая леденящего холода их прошлого....
Глава 8
Первое же занятие по профессиональным навыкам оказалось настолько не похожим на предыдущие полтора года учебы, что далеко не все одногруппники Дениса смогли принять подход Аверинцева к образовательному процессу. Александр Анатольевич категорически не хотел, чтобы они зубрили параграфы из учебников. Он вообще очень настойчиво рекомендовал в учебники не заглядывать. По его предмету тем более. На свои вопросы он требовал осмысленные ответы, а не пересказ чужих, зачастую ошибочных или неполных суждений.
Он учил своих студентов думать.
Денис с интересом наблюдал, как его привыкшие к схеме «выучил учебник — пересказал преподавателю — получил “отлично”» одногруппники то и дело на парах Аверинцева впадают в легкий ступор.
На пары Аверинцева Денис готов был явиться в любом состоянии: похмелье, ночь без сна, температура, — все равно. Любопытство всегда одерживало верх над сонливостью, усталостью и ленью.
Он не стал внезапно лучшим студентом на курсе, но впервые попал в ряды тех, кого преподаватель отмечал как очень способных. Если на семинарах, требующих зубрежки, Денис не находил никакой ценности в похвале (он тоже мог все выучить, но не видел в этом ни капли смысла), то на парах Аверинцева, где они сталкивались со сложными, действительно проблемными аспектами их будущей профессии и пытались самостоятельно их разрешить, похвала имела вес.
Тогда же Денис впервые заметил Катерину Морозову. Она как раз была лучшей. Справлялась раньше всех. Умудрялась разобраться там, где вся группа стонала и просила Александра Анатольевича хотя бы намекнуть.
