Автор
В комнате царила непредсказуемая атмосфера — смесь юмора и напряженности, когда каждый ждал своего черного хода. Ларри улыбался, но его взгляд говорил о решимости, которая заставила Нимоя сжаться от страха перед возможным неожиданностью.
К обычным хлопотам Ларри добавилась ещё и необходимость общаться с проверяющим, показывать ему Отделы, отрывая парней от работы. Когда настала очередь знакомиться с бойцами Боевого отдела, пришлось и вовсе плестись на полигон, попутно объясняя любопытному чиновнику прописные истины вроде того, зачем нужен Боевой отдел, как происходит отбор и подготовка офицеров, чем они отличаются от простых офицеров и прочее, прочее, прочее в том же духе.
Зато придя на полигон, первое, что имел удовольствие лицезреть Ларри, был голый по пояс Максимус, безмятежно загорающий на травке и цветком в зубах.
«Ну просто пастораль», — подумал Ларри ехидно, и Максимус приоткрыл один глаз. — «Чего прохлаждаемся, офицер?»
«Дистанцию прошёл раньше всех», — пояснил Максимус, не двигаясь с места. — «Жду, пока остальные подтянуться».
— Это так у вас проходят занятия? — ядовито поинтересовался проверяющий, жадно разглядывая Нимоя.
Максимус сделал вид, что только что их заметил и прыжком поднялся с земли, вытягиваясь в струнку.
"— Вольно, — быстро сказал Ларри, мечтая оторвать осточертевшему проверяющему язык. Вот зачем он, спрашивается, согнал парня с места?.. О том, что ещё пару дней назад он наверняка поступил бы так же, он, конечно, не подумал. — Офицер Нимой у нас один из лучших, мистер Горбаш. Думаю, он просто опередил сослуживцев на марш-броске и теперь имеет полное право на заслуженную передышку. Я прав?
— Так точно, сэр, — лицо Максимуса ничего не выражало, но Ларри точно знал, что мысленно он улыбается.
«Вполне возможно», — тут же отозвался Максимус. — «Я очень хорошо тебя чувствую».
«Да, и я…» — вдруг понял Ларри и, поднапрягшись, выставил мощный ментальный щит. Максимус тут же нахмурился, а Ларри убедился, что действительно чувствовал его — стоило выставить защиту, как он вдруг будто осиротел. Странное, непонятно чувство, особенно если учесть, что он не смог понять, что же пропало, но чертовски неприятное.
«Ты не хочешь, чтобы я тебя «читал»?» — спросил Максимус напряжённо.
— А не сын ли вы Альдо Нимоя? — спросил вдруг проверяющий, когда Ларри, ошеломлённый своими открытиями и вопросом, растерянно моргнул.
— Так точно, сэр, — повторил Максимус и… закрылся.
