На чистом кухонном столе Кирила лежали грубо скомканые бумаги, отражающие его недовольство. Сердце колотилось так сильно, что он боялся, что каждый удар слышат соседи — и это только усиливало его злость. Взяв чернильницу, Кирила охватил пылесосившийся желание встать и поделиться своими мыслями с кем-то, но в комнате было слишком тихо....
Вполне прилично для одного человека… Только непривычно, немного тесно, незнакомые запахи, чужая мебель, которую хочется протереть спиртом…
Именно этим я и занялась в следующие выходные — тщательным натиранием и без того чистых поверхностей. Я даже купила в маленьком супермаркете напротив новую посуду — две кастрюльки, сковородку и тарелочки с принтом из цветов сирени. Ещё набор постельного белья ядовитого розового цвета. Прогулялась до небольшого палаточного рынка в соседнем квартале и притащила домой дешёвые шторы и покрывало…
Через несколько дней я, кажется, окончательно смирилась с тем, что моя показная бравада ни к чему не привела.
С каждым днём сердце сжималось сильнее только от одной мысли — с ним самим точно всё в порядке?! Ну не может же быть, чтобы ему было настолько наплевать на меня, что он даже ни разу не набрал мой номер?! Нет, я совершенно не собираюсь возвращаться к нему.
Кажется, тронь меня пальцем, и начнётся вторая волна слёз… Но я упорно сдерживала её до последнего, надеясь, что успокоится само… Даже Алиску видеть не хотелось, хотя подруга настоятельно тянула сходить наконец вечером куда-нибудь, какого-то там Дениса всё сосватать пыталась…"
"…Нива остановилась прямо напротив входа…
Руки, перевязывающие очередной букет для нетерпеливого лысого дядечки, дрогнули.
Всё.
Дверь открылась под весёлый перезвон нескольких колокольчиков, привязанных над входом.
