Ожидаемо прямо из стен полилась тихая музыка, а сам подиум засветился фиолетовой подсветкой.
Я тоже приставала к Кириллу с подобной зоной отдыха, но он только отмахнулся тогда…
Не спрашивая разрешения, скинула туфли и, осторожно ступая по ворсистому мягкому ковру и покачивая бёдрами, прошла до мягкого уголка, усыпанного жёлтыми подушками разного размера. Чувствовала себя странно, но почему-то скорее приятно… Занятно всё же ощущать себя любовницей Виталика и допускать мысль о том, что эту комнату строил Кирилл…
Опустилась на низенький пуфик, глядя в окно. Наверное, с крыши отсюда вполне можно увидеть наш дом над рекой…
Виталик с тихим вздохом молча присел за спиной. Положил ладони на плечи…
— Ира, ты мне очень нравишься… — тихий голос, приятный…
Не ответила. Только прикрыла глаза и попыталась расслабить мышцы под мягкими массирующими движениями его пальцев…
Молния платья поплзла вниз сначала неуверенно и осторожно, потом гораздо смелее… Я специально выбрала именно это, с длинной застёжкой, которое можно снять со спины прямо так, только расстегнув молнию… Неторопливые лёгкие поцелуи чуть выше лопаток, по плечу… Наклонила голову, и губы скользнули по шее, обдавая тёплым дыханием кожу…
Повернулась к нему лицом. Просто интересно, как он целуется…
Хорошо. Непривычно, конечно, но вполне сносно. Даже приятно по-своему… Твёрдо, уверенно, неторопливо, словно с удовольствием. Поняла, что отвечаю на поцелуй искренне…
С какой-то довольной полуулыбкой откинулась на подушки, давая возможность умелым мужским губам двигаться по коже туда, куда им хочется, и с облегчением осознавая, что сегодня мне не будет больно, стыдно или неприятно…
Вцепилась ногтями в мягкий бортик над головой и тихо застонала, когда горячий язык обогнул сосок и замер ненадолго, заставляя выгнуться навстречу в попытке попросить большего… Судорожно втянула ртом воздух, когда губы наконец сдавили чувствительную кожу, посылая по всему телу сладостную дрожь… С готовностью развела бёдра, когда на живот легла ладонь и не спеша двинулась вниз… Пальцы погрузились внутрь, и я тихо охнула…
Больше не было ощущения, что эти прикосновения чужие.