На чистом кухонном столе Кирила лежали грубо скомканые бумаги, отражающие его недовольство. Сердце колотилось так сильно, что он боялся, что каждый удар слышат соседи — и это только усиливало его злость. Взяв чернильницу, Кирила охватил пылесосившийся желание встать и поделиться своими мыслями с кем-то, но в комнате было слишком тихо....
За ними пожилая женщина долго выбирала комнатный цветок…
Пробивая ей чек, подняла глаза на резкий звон колокольчиков… Замерла…
Кирилл, не глядя на меня, поставил у стены рядом с входом чемодан… Сразу вышел обратно на улицу…
Сердце растерянно ударилось о рёбра, и дрожь отозвалась где-то в животе…"
"Отказываясь верить тому, что происходит, наблюдала сквозь стекло, как он открывает багажник, вытаскивает ещё два пакета… Возвращается в магазин, опускает их на пол рядом с чемоданом…
Засосало под ложечкой, глаза защипало так, что стало больно…
— Сколько с меня? — женщина передо мной явно теряла терпение.
Опустила голову. На автомате положила перед ней чек, аккуратно привычными движениями поставила горшочек с цветком в маленький пакет, взяла пятисотку, отсчитала сдачу…
Слышала несмолкающий перезвон колокольчиков, физически чувствовала, что Кирилл вернулся третий раз… Подняла глаза, но увидела только его спину в чёрной футболке… Он даже не сказал ничего…
Нива отъехала от магазина и покатилась по дороге…
Перевела взгляд на дверь, за которую вышла покупательница… Потом на пакеты у стены, из которых торчала моя кофта и вечернее платье, запиханное как попало…
Спазм перехватил горло, словно в помещении закончился весь воздух… Остался только сладковатый цветочный аромат, от которого сейчас почему-то делалось дурно…
Осознание того, что вот сейчас я действительно окончательно и бесповоротно стала свободной одинокой женщиной, мягко, но неотвратимо опускалось на плечи, сдавливая внутренности так, что казалось, будто ломаются рёбра…
Я старалась принять всё как есть.
Наверное, если бы не покупатели, спрашивающие что-то, не прозрачная стена, в которую любой прохожий мог повернуть голову, и не крошечная камера в углу зала, направленная на вход, я вела бы себя по-другому. Наверное, кинулась бы на пол и билась кулаками об кафель, возможно, выла бы до хрипоты, не исключено, что сама разнесла бы пару стеллажей…
Но я стояла за прилавком с каменным лицом, ощущая себя так, словно вокруг плещется и бушует бесконечный океан, а я всего лишь волею случая зацепившийся за камень крохотный моллюск, от которого в этом бескрайнем мире не зависит вообще ничего…
Перетащила пакеты и чемодан в подсобку.
