Автор
Ну и как же так вышло, что даже после всех исследований и уточнений пациентке всё равно остаётся без ответа на вопрос о причинах невозможности забеременеть? Я подняла взгляд на её потрёпанное лицо - видимо, всё это время она мучилась в тени бессонных ночей, надеясь на счастливый случай. Словно сама природа захотела поиграть ей злую шутку......
И что теперь?
Ради меня Лёвка сделал практически невозможное, разве я могла пойти на попятную?
Ответ очевиден - не могла…
Утром я снова была в клиникё. Но уже не в роли врача, а как пациент.
Мне, конечно же, стоило позвонить родителям и предупредить, что ложусь под нож, но я по-прежнему продолжала набирать совсем иной номер, в надежде услышать голос друга.
Но, к моему сожалению, чуда не произошло.
Не сообщив о себе ничего и никому, с тяжёлым сердцем и диким страхом в душе, я передала себя в руки виртуозному хирургу.
Было безумно страшно. Хотелось чьей-то поддержки, но я была совсем одна."
"- Ничего не бойся, - слышала издалека голос Ворошилова, медленно погружаясь в пустоту. - Ты будешь матерью…слышишь, Лика? Я сделаю всё для этого… - последние слова были произнесены до боли знакомым голосом, но осмыслить услышанное не успела, меня поглотила темнота.
Кругом была давящая на мозг тишина. Липкая, вязкая. Яркий свет бил по векам, ослеплял, и как бы я не пыталась избавиться от него, у меня не выходило.
- Лика, - едва различимо звал меня кто-то, издалека. - Лика, открывай глаза. Давай, детка, - всё повторял и повторял он.
Голос, интонация были мне очень знакомы. Хотелось послушаться, но мне для этого чего-то не хватало.
- Мединская, твою мать! Не откроешь глаза - проведу тебе шоковую терапию, - рявкнул кто-то очень громко.
Лев? Боже, этот голос принадлежал именно ему. В этом не было никаких сомнений.
- Лика…- всё повторялся его зов. - Возвращайся… я сдохну без твоих сырных палочек…
Его слова были настолько смешными, что подействовали безотказно.
- Лёвка…- пискнула я, пытаясь уцепиться за его голос. - Помоги… моя голова. Больно…
Мысленно стала стремиться к нему, пока физически не ощутила тепло его крепкой руки.
- Вот так, - говорил он, очень близко. - Молодец.
- Сладенький…- простонала я, морщась от дискомфорта в теле. Казалось, будто меня переехал самосвал и раздробил кости во всем моем теле. - Холодно…
- Сейчас, - он оказался очень близко и осторожно оплёл своими руками. - Сейчас согреешься. Это ненадолго. Почему не сказала, что так тяжело переносишь наркоз?
- Наверное, потому что не знала, - прошептала я ему, вдыхая его запах, от которого становилось легче.
