В Донбассе во время войны чекисты сталкиваются с происками врага. Задание на контрразведку Дивизионного комиссара Андрея Павловича Борзова связано с немецкими документами и необходимостью противостоять гитлеровской контрразведке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Об исполнении доложить»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Донбассе во время войны чекисты сталкиваются с происками врага. Задание на контрразведку Дивизионного комиссара Андрея Павловича Борзова связано с немецкими документами и необходимостью противостоять гитлеровской контрразведке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В Донбассе во время войны чекисты сталкиваются с происками врага. Задание на контрразведку Дивизионного комиссара Андрея Павловича Борзова связано с немецкими документами и необходимостью противостоять гитлеровской контрразведке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Редкие подводы разбили колесами некрепкий дерн, обнажили песок. Кое-где он тянулся широкой полосой. В сухое время года на таких сыпучих перекатах нога вязла по щиколотку, но сейчас дожди уплотнили грунт. Идешь по нему, как по асфальту.
Путь привычен, в этих глухих местах безопасен. Идут трое, ведут между собою непринужденный разговор. Яковлев — левее всех: обходит большую лужу.
Грянул взрыв. Бориса Евсеевича кинуло на землю взрывом мины. Это была первая мина из серии тех, которые каратели ставили на возможных партизанских тропах.
Сомов — к поверженному.
Яковлев чувствовал в плече острую боль. Пошевелил рукою, боль усилилась: все поплыло в глазах, стало терять привычные очертания.
— Наткнулся на противопехотную мину. Должно бы ударить по ногам, а попало в плечо, — констатировал он с невольным удивлением.
— Откуда здесь мина? — недоумевал Сомов.
— Нас с вами ждала.
Сомов осмотрел Бориса Евсеевича. Оказывается, осколки повредили не плечо, а левую руку, прошили ее снизу. Видимо, пострадавший, падая, взмахнул ею.
— Как некстати это ваше ранение! — тужил Сомов, ловко перевязывая Яковлева. — В таком состоянии появляться в Светлово — безрассудно. И откладывать операцию нельзя: люди уже на месте, ждут. Мы, сосредотачивая их в городе, рисковали. Будем выводить — новый риск.
— Как ни печально, но благоразумнее протрубить отбой, — высказался Яковлев.
— Нет, нет, Борис Евсеевич, операцию откладывать нельзя. На нее настроились все. Отменим — разочаруем людей. И потом, будут ли в дальнейшем благоприятствовать нам обстоятельства? Пока гитлеровцы ни о чем не подозревают. А если насторожатся?
Понимая причину такой настойчивости, Яковлев попросил отойти в сторону сопровождавшего их партизана и сказал Николаю Лаврентьевичу:
— Фон Креслер — контрразведчик, который имеет доступ к государственным тайнам Германии. Вот почему его надо брать не просто живого, а целого и невредимого.
Сомов подумал и решил:
— Если фон Креслер имеет особое значение, тем более не имеем права откладывать операцию. Сейчас, и только сейчас, когда для этого есть все условия.
Раненого Яковлева вместе с сопровождающим партизаном Сомов отправил на базу, а сам поспешил в Светлово.
Два дня сомовцы вели за особняком самое тщательное наблюдение. Никаких изменений в распорядке смены патрулей и часовых, а также разъездов черного «мерседеса» не обнаружили.
Ночь, выбранная для операции, была слякотная, промозглая, темная. Сомов вывел своих людей из хаты Лешиной сестры, дал команду: «По местам!» Каждый из десяти хорошо знал, что ему надо делать, где следует находиться, куда, в случае непредвиденных осложнений, уходить, какие меры предпринимать для круговой обороны.
