Автор
Евлампия Романова, агент бюро темных услуг, успешно разоблачает неверного мужа клиентки. Однако вместо ожидаемого вознаграждения она получает совсем иное задание, которое втягивает её в опасное и запутанное расследование, полное неожиданных поворотов и комических ситуаций.
– Старейший сотрудник, – подхватил Петр. – «Морскую» открыли в шестидесятом году, и он тут со дня основания при подушках и простынях. Наша живая история.
– Небось память у дедушки никуда, – со вздохом протянула я."
"– Что вы, – оживилась Ада Марковна, – ему еще и семидесяти нет, а с виду так и шестьдесят не дать. Потрясающий человек, а память! У нас иногда старые клиенты приезжают, лет по пятнадцать не были, а Олег Яковлевич увидит и сразу вспомнит, как зовут, откуда явился да в каком номере в последний приезд жил. Не человек – компьютер!
– Ах, как интересно! – взвизгнула я, изображая экзальтированную журналистку. – Давайте расскажем о судьбе Грибоедова, тесно переплетенной с историей отеля!
Петр и Ада Марковна переглянулись.
– Как хотите, – пробасил директор, – думаю, ему будет приятно.
– Отличный работник, – поддакнула Ада Марковна, – всегда трезвый, в трудовой книжке одни благодарности. Я, как секретарь партийной организации, рекомендую его кандидатуру для печати!
– Адочка, – с укоризной вздохнул Петр, – у нас давно нет парткома.
– Ну и что? – взвилась женщина. – А я все равно рекомендую, а вот Марину Зудину никогда бы не посоветовала!
– Вспомнила корова, как теленком была, – захихикал Петр. – Зудина уже сто лет тут не работает.
– Кто это? – поинтересовалась я.
– Горничная, – пояснил Петр, – ловкая бабенка. Пришла году в 98-м вновь на работу наниматься, мне и невдомек, что за кадр. Смотрю, в трудовой книжке стоит: с 1969 года по 1980-й работала в «Морской», ну, я ее, как ветерана, чуть было назад не принял. Спасибо, Ада Марковна остановила.
– Отвратительная особа, – фыркнула дежурная. – Были большие подозрения, что она по номерам шарит. У людей пропадало кой-чего.
– Деньги?
– Нет, по мелочи. Кусок мыла импортного, шампунь польский, конфеты… Ерунда, конечно, а на коллективе пятно. Но Марина была девушка ушлая, поймать так и не смогли.
– Так представьте себе, – хлопнул ладонью по столу Петр, – примерно года полтора тому назад иду по Тверской, тормозит иномарка, и вылезает из нее Зудина. Шуба, шляпа, макияж… Я ее и не признал, она меня окликнула. То-то я удивился! Недавно на работу в «Морскую» просилась, пришла в костюмчике с вьетнамского рынка. И вдруг! Я не утерпел и поинтересовался: «Работу нашли хорошую?» – «Замуж вышла», – улыбнулась она.
Директор совсем растерялся. Он не так давно держал в руках паспорт Зудиной и помнил ее год рождения – 1942-й.
