Автор
Солнце еще не выглянуло над горизонтом, а я уже чувствую себя готовой к новому дню. Моя жизнь напоминает скорее фильм ужасов, где главный герой пробуждается с мыслью о кошмарной встрече на обеденный стол. Не могу открыть глаза второй раз, так что погружаюсь в этот забытый мир полудремы и тьмы....
Было понятно, что через секунду она разожмет клюв… Над живописной сценкой виднелась надпись по-английски: «Never give up».
– Девочки, не знаете, как это перевести?"
"– Знаем, – с набитым ртом пробормотали прогульщицы. – Никогда не сдавайся!
Я почувствовала, как от затылка побежала горячая волна. А ведь верно, никогда не следует, сложив лапки, покоряться обстоятельствам! Я разом проглотила остаток бутерброда и сказала:
– Спасибо, девочки, только школу прогуливать все равно не надо.
– А мы не прогуливаем, – спокойно пояснила та, что выглядела постарше.
– Что же в кафетерии сидите?
– У нас в школе бомба! – радостно сообщила другая. – Приехала милиция с собакой, и всех по домам отправили.
Судя по счастливым лицам, недавняя угроза их здоровью и жизни не испортила им настроение.
Дома я первым делом позвонила в «Морскую».
– Да, – радостно ответил директор.
Ишь, какой веселый, небось тоже химичит с деньгами и обманывает хозяев.
– Петр? Это Евлампия Романова, журналистка из «Отдыха».
– Помню вас прекрасно.
– Скажите, Ада Марковна до которого часа на работе?
– Она уехала.
– Куда? – завопила я, не ожидавшая подобного поворота событий.
– Ада Марковна всегда берет в апреле отпуск, – пояснил Петр, – у нее давление высокое, жара ей противопоказана, вот и ездит к морю в несезон.
– Место знаете? – спросила я, полная решимости проследовать за бывшей директрисой куда угодно. Хоть в Крым, хоть на Кавказ.
– Тунис, – преспокойненько ответил мужик, – там сейчас сказочно: воздух двадцать пять градусов, море такое же и клубники завались.
Я ошалело посмотрела на трубку. Нет, в Африку мне пока не надо.
Примерно два часа я металась по квартире, пытаясь переделать все накопившиеся домашние дела. Гора неглаженого белья подпирала потолок, куча грязных простыней вываливалась из бачка, по углам клубилась пыль, а в холодильнике лежали лишь котлеты «Богатырские»… Правда, помойное ведро было доверху забито упаковками из-под готовой еды – лоточки от «Крошки-картошки», пакеты от «Русских блинов» и фольга от курицы-гриль.
Убрав квартиру и запихнув в стиральную машину все, что можно, я поставила на огонь кастрюлю с супом. Руки машинально чистили картошку, мысли метались, как ошпаренные кошки. Что делать? Ждать две недели, пока Ада вернется назад? Вдруг в голову пришло решение. Радостно зашвырнув картошку в кастрюлю, я засмеялась.
