Автор
Солнце еще не выглянуло над горизонтом, а я уже чувствую себя готовой к новому дню. Моя жизнь напоминает скорее фильм ужасов, где главный герой пробуждается с мыслью о кошмарной встрече на обеденный стол. Не могу открыть глаза второй раз, так что погружаюсь в этот забытый мир полудремы и тьмы....
Поболтала во дворе с бабами. Знаешь, что выяснилось?
– Ну?
– Она уже несколько раз пыталась покончить с собой, вены резала, таблетки глотала, в петлю лезла, только родители ухо востро держали и каждый раз спасали психопатку. А потом им надоело, и они сдали ее в сумасшедший дом. Как уж она ухитрилась удрать, одному богу известно…
Я молчала, какое-то внутреннее чувство подсказывало: Зюка не врет.
– Почему же вы сразу не обратились в милицию?
Зина тяжело вздохнула."
"– Тогда мне просто стало плохо, а когда я вновь начала соображать, Марина и Ада уже устроили пожар.
– Уже, – тихо сказала я.
– Что? – подняла голову Зина.
– Уже, – повторила я, – Марина скончалась от передозировки.
Секунду редакторша молча смотрела в пол, потом абсолютно беззвучно заплакала. Слезы горошинками катились по ее бледному лицу, но Зюка даже не пыталась их вытирать.
– Ладно, – пробормотала я. – Вот что, если женщина с дневником объявится, попросите ее о встрече, ну, пообещайте денег, или чего она там еще захочет. А как только договоритесь, тут же звоните мне, идет?
Зюка кивнула.
Путь до метро я проделала пешком. Да, похоже, что и Зюка тут ни при чем. Что же у нас получается? Никто не виноват? Борису Львовичу нет никакой нужды травить хорошенькую, молоденькую любовницу. Никита не убивал сестру. Ему ее смерть страшно невыгодна, лопнул «постельный» бизнес. Ничего хорошего не принесла кончина Малышевой и Корчагиным.
