Автор
Несмотря ни на что — работа или учеба, девушка не может забыть о своем главном страстном желании: она хочет встретиться с любимым испанцем и провести там светлые дни в истинной страсти. Но когда она начинает планировать эту поездку, ей становится все труднее совладать с тревогой и страхом перед неизведанным — оберег от этой страсти она не найдет никогда....
— Дайте трубочку сотруднику, — попросила я и опять услышала:
— Булькасов на проводе.
— Что натворил Гумбанов?
— Нанесение телесных повреждений лицу женского пола без нанесения ущерба здоровью данного лица, сопровождаемое нецензурной бранью и оскорблением сотрудника органов правопорядка, который находился при исполнении служебных обязанностей, — отрапортовал полицейский.
— Константин стукнул по носу какую-то женщину, обматерил ее и человека в форме, — перевела я слова полицейского на человеческий язык.
— Меня, — объяснил Юрий Петрович, — обозвал лицом нетрадиционной ориентации и собакой женского пола, которая вмешивается в личные отношения граждан. Но я исполняю служебные обязанности. Если лицо мужского пола занимается обливанием лица женского пола биологическими отходами жизнедеятельности человека, а потом наносит ему удар малой тяжести по средне-задней поверхности спины предметом первой пожарной безопасности, снятым со щита первой пожарной безопасности безо всякой на то надобности со стороны пожарной безопасности, то служебная инструкция дает на этот счет указания, которые невозможно трактовать двояко.
— Господин Булькасов, сделайте одолжение, говорите по-человечески, — взмолилась я.
— Так не по-собачьи мяукаю, — обиженно отреагировал Юрий Петрович, — речь у меня четкая, ясная.
— Когда домой придете, жене так же расскажете? — спросила я.
— Она у меня малообразованная, всего девять классов, — признался полицейский, — юридические термины не знает.
— Лучше мне тоже, как супруге, поясните, — попросила я, — учитывая и мою дремучесть.
Булькасов кашлянул.
— Ну… типа… еду я на тарантайке по участку. Гляжу, из ворот участка номер два выбегает тетка, вся ваще грязная. За ней с матом выскакивает мужик, в руке у него ведро. Догоняет бабень, хренак ее тем, что держал, промеж лопаток. Лицо женского пола упало. Он рядом встал и давай материться:
— …! …! …! …!
Все обороты не помню, много их было сказано.
Я из драндулета вышел и к нему, вежливо советую:
— Отойдите от гражданки.
И тут такая вонь! Бабень оказалась дерьмом облита, а у него в руке ведро, у которого дно конусом. Точно мужик инвентарь со щита пожарной части спер. Я продолжаю:
— Обливание граждан биологическими отходами приравнивается к хулиганским действиям.
А он как заорет:
— Вали отсюда, козел …! Ща и тебе вмажу.
