Автор
В провинциальном городе встречаются два противоположных человека: циничный красавец, уверенный в своей неотразимости, и холодная, недоступная девушка, которая не поддаётся его чарам. Между ними разгорается опасная игра, где ставка — чувства и истины, скрытые за маской безразличия.
Раздел Chitat.online для книги «Обещаю, больно не будет (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В провинциальном городе встречаются два противоположных человека: циничный красавец, уверенный в своей неотразимости, и холодная, недоступная девушка, которая не поддаётся его чарам. Между ними разгорается опасная игра, где ставка — чувства и истины, скрытые за маской безразличия.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В провинциальном городе встречаются два противоположных человека: циничный красавец, уверенный в своей неотразимости, и холодная, недоступная девушка, которая не поддаётся его чарам. Между ними разгорается опасная игра, где ставка — чувства и истины, скрытые за маской безразличия.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Обещаю, больно не будет (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Спустя минут пять я передаю ей на подносе мороженое со свежими ягодами и ещё бокал охлаждённого вина.
— Есть пожелания? — уточняю я.
— Не про любовь.
Врубаю ужасы. Махровые такие, зубодробительные. С прицелом на то, что Истомина изойдёт на измену и всё-таки кинется искать защиты у меня. Но я ошибся. Все два часа Вероника с незамутнённым спокойствием взирала на то, как демон из зазеркалья пытался свести с ума простого охранника сгоревшего супермаркета.
Помнится, мы ещё в школе впервые смотрели этот фильм на пару с Аммо и реально так понервничали. А Серяк и Тимофеев так вообще месяц от зеркал шарахались как прокажённые. И это парни, здоровые лбы.
А тут сидела девчонка — жалкий камышик, полтора метра ростом и даже не дрогнула. И тут я вспомнил, как увидел на её теле синяки, которые ей понаставила мать, и понял — в её жизни хватало демонов и похуже, чем эти экранные пугалки.
Почему-то стало стыдно. И сидеть с ней рядом было невмоготу. Романтический настрой пропал совершенно. Только нервы гудели, как высоковольтные провода, да сердце как-то натужно качало кровь за рёбрами. Не выдержал этого разболтанного состояния. Встал и двинул в ванную, где ещё раз проверил, что у Истоминой всё есть: новая зубная щётка, фруктовый гель для душа, шампунь и кондиционер для её роскошных густых волос.
— Вот чёрт, — услышал я шум из гостиной и тут же кинулся туда, отчаянно переживая, что же произошло.
— Я вазочку с мороженым перевернула, — прошептала Вероника и через мгновение добавила, хмуря брови, — не вздумай меня стебать, я нечаянно.
— Даже в мыслях не было, — перевёл я взгляд на её испачканную футболку, кивнул и направился в гардеробную, где достал ей, во что переодеться. — На вот, это чистая. А я пока твою в машинку закину.
Несколько секунд длилась схватка двух упрямых взглядов, и всё-таки Истомина кивает, а затем скрывается в ванной комнате. Слышу, как шумит вода, как работает электрическая зубная щётка, как топают босые ноги по полу в мою сторону, где я уже постелил ей постель и прихватил для себя подушку с одеялом, чтобы разместиться в гостиной на диване.
— Зачем я здесь, Ярослав?"
"Поворачиваюсь к ней. Улыбаюсь, видя, что именно написано на той футболке, что я ей выдал. Вероника тоже переводит свой взгляд на буквы, читает надпись «Просто целуй меня. Поговорить мы можем позже», хмурится и закатывает глаза, кидая предупреждающе:
— Не смей!
— Ложись спать, Истома.
— Хватит называть меня так. И ты не ответил на мой вопрос.
— Ты здесь, потому что между нами ничего не умерло. И ты сама это знаешь, — отвечаю я и покидаю комнату, плотно притворяя за собой дверь и пытаясь доказать самому себе, что я сказал всё это лишь для красного словца, а не потому, что это чистая правда.
