Автор
Шотландия в 1444 году — место, где дикость и чистая творческая страсть переплетаются. Бетания Драммонд оглядывается на горы, как она смотрит на племянника Джеймса, который едва достигает года. Его будущее – под обстрелом жестоких родственников, а настоящая жизнь – тонкий ландшафт белого вереска, дарующий надежду....
Сразу многое стало понятно. И собственнический инстинкт, проснувшийся в нем с самого начала, и то, что ее родители выводили его из себя. Это также объясняло, почему ему было так важно знать, что Бетия одобряет его поход на Дублин. Так важно знать, что она испытывает к нему. Ему всегда хотелось, чтобы она испытывала к нему не только страсть, и сейчас он понимал почему.
Теперь ему нужна была только возможность рассказать любимой обо всем. Эрик посмеялся над собственной трусостью – он понимал, что если Бетия поправится, он будет колебаться.
На рассвете у девушки началась лихорадка. Эрик помогал Мэлди обтирать ее холодной водой и поить лекарствами. Он держал Бетию, когда сотрясавшая ее дрожь угрожала открыть рану. Борьба за ее жизнь требовала внимания и сил, всех без остатка. Эрик успокаивал ее страхи, осушал поцелуями слезы, когда ее затуманенный лихорадкой мозг был способен чувствовать боль. Разговаривал с ней, когда ему казалось, что девушка заснула слишком крепко.
– Ее родители – жестокие и бессердечные негодяи, – сказала Мэлди, размазывая по щекам слезы.
– Да, – подтвердил Эрик, – они сделали Бетию тенью ее сестры.
– Хуже. Ее сначала поставили в тень Сорчи, а затем постоянно напоминали, что недостойна и этого. А Сорча, единоутробная сестра, единственный в мире по-настоящему близкий человек, не пошевелила и пальцем, чтобы что-то изменить.
Эрик вздохнул:
– Я думаю, Бетия наконец поняла это. Она сильная и куда больше уверена в себе, чем можно было предположить. Но думаю, эти раны не скоро затянутся.
– Это так, но то, что рядом с ней такой прекрасный парень, как ты, должно помочь. – Мэлди слабо улыбнулась. – Вы, Мюрреи, как бальзам для бедных раненых птичек, разве не так?
– Может быть, мы просто достаточно мудры, чтобы разглядеть, как они прекрасны, когда оправятся?
Мэлди улыбнулась, подошла к Эрику и поцеловала его.
– Пойду свернусь калачиком рядом со своим великаном и отдохну немного. Разбуди меня, если что. И, – она указала на поднос с едой, принесенной Гризеллой накануне, – обязательно съешь что-нибудь. Иначе мне придется ухаживать и за тобой тоже.
На четвертый день Эрик услышал ворчание Бетии. Он подбежал к ней, готовый бороться с очередным горячечным бредом, но взгляд ее распахнутых глаз был ясным.
