Автор
Шотландия в 1444 году — место, где дикость и чистая творческая страсть переплетаются. Бетания Драммонд оглядывается на горы, как она смотрит на племянника Джеймса, который едва достигает года. Его будущее – под обстрелом жестоких родственников, а настоящая жизнь – тонкий ландшафт белого вереска, дарующий надежду....
Бетия понимала, что Эрик может вырваться из ее объятий, если захочет, но он не хотел.
– Со мной много чего приключилось, пока я ношу ребенка, – сказала Бетия, целуя его широкую грудь и плоский живот, – но малыш жив и здоров. Теперь ничто не помешает ему расти до тех пор, пока не придет время появиться на свет.
– Ты едва не потеряла ребенка, когда лежала, раненная, в лихорадке. – Голос Эрика дрогнул от ужаса при мысли, что могло произойти. Если бы Бетия потеряла малыша, горе убило бы ее.
– Уже все позади, Эрик! Мы живы-здоровы! Даже тошнота, и та прошла.
Эрик хотел спросить жену, почему она так долго не рассказывала ему о ребенке, но тут ее язык легонько коснулся средоточия его желания. Все мысли тотчас вылетели из его головы. Эрик застонал, страсть переполняла его. Не в силах сдерживаться более, он проник в ее влажные глубины.
Бетия выкрикнула любимое имя, достигнув вершины наслаждения. Эрик эхом последовал за ней. Дрожа от пережитого восторга, девушка покрывала его лицо поцелуями.
– Я люблю тебя, Эрик Мюррей.
Эрик сжал ее в объятиях, поднял и заглянул в глаза.
– Что ты сказала?
Мгновение Бетия наблюдала за ним. Эрик не отрываясь смотрел на нее. Удивительно, в его глазах светились неуверенность и отчаянная надежда.
– Я люблю тебя, Эрик!
Эрик крепче прижал ее к себе. Рассмеялся и перевернул Бетию так, что она оказалась под ним. Дрожащей рукой он очертил контуры прелестного личика. Буря чувств захлестнула его. Радость при мысли, что он станет отцом, не шла ни в какое сравнение со счастьем слышать три простеньких, в сущности, слова.
– Когда ты поняла это, милая? Сегодня? Ты поэтому не сводила с меня глаз весь день?
– Нет, сегодня я просто избавилась от сомнений. Мое сердце давно принадлежало тебе. Я понимала, что люблю тебя не только за красоту, но, осознав ужасную правду о родителях, я начала бояться, что яблочко от яблоньки недалеко укатилось. – Бетия обвела взглядом любимое лицо. – О, я обожаю твою красоту, но я наконец поняла, что полюбила тебя самого, а вовсе не твою внешность.
– Почему ты раньше не сказала, что любишь? – Эрик нежно поцеловал ее.
– Я не была уверена, что ты примешь мои чувства.
– Глупенькая! – ласково прошептал Эрик.
– Знаю.
