Автор
В глухой деревне жестокого отчима, девушка терпит издевательства, пока не ставит условия для своего спасения. Проклятый дракон встает на её сторону, предвкушая горький понос после устрашений. Ужасная судьба ждет того, кто осмелится против его заклинаний.
— Ну, знаете ли! — от праведного негодования её щёки пытают как фонари. Резко вскидывает голову и, оказавшись со мной почти нос к носу, тут же испуганно отшатывается.
Чего она так дёргается?
Я что, монстр?
“Почти,” — ехидно отвечает зверь у меня внутри.
“Скройся, а то её спугнёшь,” — мысленно приказываю второй сущности, а в ответ достаётся обиженное фырканье.
— В случае непредвиденной ситуации между заказчиком и исполнителем, пункт пять подпункт один считается недействительным, — читает она едва не по слогам, а мой взгляд притянут лишь к её чувственным губам.
Сладкое сочетание невинности и яркого пламени, скрытого внутри. Чувствую горечь на языке и морщусь.
— Напомните, что в пятом пункте? — сосредоточенно смотрит на меня, вместо того, чтобы пролистать его самой.
— То, чего ты так боишься, — не упускаю возможности поддразнить Исабель. — Если ты первая войдёшь со мной в физический контакт, мой запрет также снимается."
"— Что? — хмурит гладкий лоб, а между бровями пролегают две неглубокие чёрточки.
Сердце приятно ноет от её неловкого смущения. Хочется запереть её в особняке и никуда не выпускать. Присматривать за ней днём и ночью, чтобы никто не обидел ненароком.
Чёрт, кто же знал, что у Гартена вырастет такая добросердечная дочь? И как он мог сотворить с ней такое? Сделать из неё…
— Нет, давайте проясним этот момент, — упрямо брыкается и стоит на своём, вырывая меня из тягостных мыслей.
— Поцелуешь меня — я поцелую в ответ без штрафных санкций, — отвечаю ей без обиняков.
Уверен, что она снова застесняется, но она заливисто смеётся! Хотя едва держится от усталости. Столько всего перенести за несколько часов.
— А, тогда всё в порядке. Я не смогу воспринимать вас как мужчину зная, что у вас есть невеста, — машет рукой и широко улыбается.
Сдерживаю скользящую по губам усмешку. Наивная Исабель. Посмотрим, сколько ты продержишься в роли недотроги.
— Спать иди, — сердито рычу на неё и убираю свою копию договора в верхний ящик стола. Кладу её на купчую за подписью Лукаша и поверх толстой тетради, исписанной магическими формулами.
В ней моё спасение.
— А куда идти-то? — мнётся с ноги на ногу, сжимая потёртую сумку. Судя по внешнему виду, её сшили задолго до рождения Исабель. Завтра же куплю ей новую.
“Какой неравноценный обмен,” — некстати встревает зверь.
Выбора нет.
