Автор
В глухой деревне жестокого отчима, девушка терпит издевательства, пока не ставит условия для своего спасения. Проклятый дракон встает на её сторону, предвкушая горький понос после устрашений. Ужасная судьба ждет того, кто осмелится против его заклинаний.
Неужели он не рассержен?
— Отвернитесь, пожалуйста, — едва не всхлипнула от переполнявших меня эмоций. — Мне надо одеться.
— Странно, я думал… — начал было Россэр, но стыд и отчаяние придали мне сил.
— Пожалуйста! — воскликнула, сдерживая рыдания. — Прошу вас! И вам бы тоже не помешало одеться!
Дэйгон покачал головой и молча вернулся в ванную.
Я медленно сползла с кровати, кутаясь в одеяло. Сантиметр за сантиметром, спускала его ниже, пока не обнаружила, что на мне каким-то образом оказалась застёгнутая мужская рубашка, доходящая почти до колен, и надёжно прикрывающая всё, что следует.
Дрожащими руками собрала свои вещи и торопливо переоделась, каждую секунду оглядываясь на дверь в ванную. И лишь когда застегнула последнюю пуговку на платье, потуже затянув пояс, я обессиленно упала на пол, облокотившись спиной об изножье.
Всё пропало! Всё точно пропало!
Что же мне делать?
Закрыв лицо руками, я раскачивалась туда-сюда, как маятник, пока не услышала тихий скрип и жёсткий голос господина Россэра.
— О чём ты думала, Исабель?
Ну вот, начинается.
Сдвинув пальцы с глаз, я виновато посмотрела на одетого с иголочки Дэйгона в чёрных отглаженных брюках и светло-голубой рубашке, выгодно оттенявшей золотистый оттенок загара."
"— Я не помню, — честно призналась, прикусив изнутри щёку от невыносимой головной боли. Ещё и во рту было сухо, как в пустыне.
— Сиди, вспоминай и не вздумай уходить. Я скоро приду.
События прошлой ночи вспыхивали в моей голове короткими, но яркими урывками. Вот мы спорим, надо ли нам заказывать три ящика розового вина, а я потом что-то яростно доказываю господину Россэру, размахивая руками, как мельница. Затем пыталась что-то объяснить, но Дэйгон крепко зажимал мой рот своей ладонью и торопился открыть дверь.
Стоп! Получается, он силой затащил меня к себе и…
Нет, он не мог!
Я прислушалась к внутренним ощущениям. Ничего не болит, разве что голова пульсирует.
Так была у нас близость или нет?
— Вспомнила? — спросил Дэйгон, вернувшись с подносом, на котором стоял высокий, запотевший стакан с водой и тремя дольками лимона, а рядом в чашке дымился какой-то бульон.
— М-м, — медленно покачала головой.
— Садись и ешь, — приказал он, и я была вынуждена подчиниться.
