Если бы на Аплане не было таких культовых последователей, я бы ни за что не позволил ему существовать в том виде, в каком он есть, но моя мама всегда говорила мне не ломать вещи, если они не нуждаются в починке.
Так оно и остается, во всей своей дерьмовой красе.
— Почему Винсент за стойкой, если он также должен быть на кухне? — Я спрашиваю.
Гвен пожимает плечами.
— У нас не хватает персонала. Новенькая позвонила и сказала, что заболела, так что Блу помогает готовить напитки.
Звонила новая девушка? Черт.
— А кто у двери, если Блу здесь?
— Эм… — Гвен сдвигается, бросая быстрый взгляд вокруг комнаты, как будто ища шесть футов и двести тридцать фунтов мышц, которых я нанял, чтобы присматривать за нашими посетителями. Конечно, войдя через парадную дверь, я уже знаю ответ. — Никто?
Глубоко вдыхая, я пытаюсь подавить ярость, бурлящую, как кипящий котел, в моем животе. Он горит, угрожая насилием; Гвен делает шаг назад от стола, как будто чувствует надвигающийся взрыв.
— Я бы хотела попробовать лазанью из моллюсков. Держусь как можно ближе к своим итальянским корням, понимаешь? — внезапно говорит Елена, подвигая меню через стол. — И я бы с удовольствием выпила диетическую колу.
Гвен изучает Елену, приподнимая бровь. Она не прикасается к меню, затем снова переводит взгляд на меня, как будто ждет одобрения.
Елена напрягается, ее плечи касаются моей руки.
— Мне не нужно разрешение Кэллума, чтобы заказать еду.
Глаза моей официантки вспыхивают тупым весельем при упоминании моего полного имени. — Я просто не уверена, что ты знаешь, насколько плохой повар Винни…
— Я буду судить об этом. — Елена вздергивает подбородок, придвигаясь ко мне, пока наши бедра не соприкасаются. Ее тепло, как провод под напряжением, тянется к моему паху, сладкий аромат ее шампуня опьяняет.
Я даже не уверен, осознает ли она свое передвижение, и я собираюсь отступить, чтобы дать ей пространство, когда ее рука опускается поверх моей на стол, бриллиант на ее безымянном пальце сверкает в свете бара. Тихо фыркая, Гвен кивает, пролистывает меню и что-то записывает в своем блокноте, когда отворачивается.
Как только ее фигура исчезает за кухонной дверью, Елена отдергивает руку, засовывает ее под бедро и уходит.
— Откуда ты знаешь эту девушку?
— Я ее босс. Ну, по доверенности. Технически, мой коллега Джонас — ее босс, но он работает на меня, и я владею половиной бара, так что…
— У тебя есть бар? — Она оглядывается, заправляя свои темные волосы за ухо.
