Пока девочка расставляла на импровизированном столике игрушечный набор из чашечек и чайника, Данил с видом Великого Вождя сурово произнес:
— Ты нам не нравишься!
Мелкотня, кроме девочки его поддержала утвердительными кивками.
— Но ты нравишься маме, — продолжил Даня.
— И мне! — встряла малышка.
— И Насте, — раздраженно согласился он. — Поэтому мы решили дать тебе шанс.
О как! Вася с трудом сдерживая улыбку, покивал, принимая правила их игры. До него еще вчера дошло, что каверза с черешней была своего рода проверкой. И он, судя по сегодняшнему разговору, ее прошел.
Спасибо маме. Именно она надоумила Луганского умерить свой характер и попытаться наладить отношения с детишками. Поразмыслив, Вася пришел к выводу, что их можно понять. Особенно если вспомнить этого козла Егора, из-за которого Зайка, по словам мамы, не мало слез пролила.
— И смотри, — предупредила мать, грозя тощим кулаком. — Хоть одну слезинку ее замечу: быть тебе битым. И не посмотрю, что под два метра ростом вымахал!
Это мать могла. До сих пор поучала его подзатыльниками. Правда для этого ей приходилось подпрыгивать.
Вася, следуя маминой науке, с самым смиренным видом заверил детишек:
— Я вашу мама не обижу. Она мне очень нравится.
Мальчишки синхронно сложили руки на груди, мгновенно становясь очень похожими и по очереди выдали:
— Обидишь — пожалеешь!
— Усек?
— Да, усек?
Луганский чудом сдерживая смех, покивал и чуть отклонился назад, когда один из близнецов, выставив перед его носом палец, замогильным голосом предупредил:
— И смотри: мы за тобой наблюдаем!!!
— Да-а-а, — поддакнула его точная копия, — наблюдаем.
Вася в душе посмеялся над ними.
Черепашки ниндзя вышли на тропу войны!
А потом вспомнил черешню и… как-то стало не до смеха.
Зайка.
В воскресенье, по традиции, у нас было вкусное утро. Илья заказал толстых блинов со сгущенкой. А я и рада стараться. Блины дело не хитрое: намесил и на сковородку. И все под веселую песенку, которую я тихо мурлычу себе под нос.
Когда настроение отличное, то и дела спорятся.
А все из-за него.
Мужчины, который проехался по моему одиночеству подобно локомотиву, смял его свои кулаком и выкинул на свалку. Собственно, там ему и место.
Не успела я оглянуться, а Луганский уже прицельно так разгреб себе место в моем сердце и поселился там. Основательно.
В субботу после показательных разборок с Егором мы, можно сказать, расставили все точки на «и».
— … разведешься… по ускоренному… — сказал, как отрезал Лось и я вместо того, чтобы возмутиться от какого самоуправства, как дура разомлела.
И было от чего.
Лось разорвал в клочья все шаблоны и стереотипы о богатых зажравшихся жизнью мужиках. Приехал с подарками! И не банальными цветами в корзинке.