Но сейчас ему так отчаянно хотелось добиться Дианы, что он готов был обманывать ее до тех пор, пока они не поженятся. Он способен дать ей многое другое, поэтому такая мелочь не в счет…
Рис постарался выбросить все это из головы, главное сейчас — убедить Диану; эта женщина должна принадлежать ему!
— Я хочу по возможности ускорить свадьбу, — заговорил он, заметив, что Диана собирается возразить ему. — Незачем ждать!
— Но у меня работа расписана на месяц вперед, — поспешно вставила Диана.
Мысль о том, что его жена будет «демонстрировать тряпки» перед высокопоставленной публикой, была ему ненавистна. Рис подумал об этом еще в Париже. И в то же время он понимал, что с этой женщиной надо быть очень осторожным; если слишком сильно на нее надавить, она тут же упорхнет. Он уже не раз убеждался в том, что Диана твердый орешек. Надо выждать, пока они не поженятся, и тогда он скажет ей все, что думает по поводу ее работы.
— А мы назначим свадьбу между твоими показами… и медовый месяц тоже. — Господи, да у него просто дрожат колени при одной только мысли об этом!
Диана замотала головой:
— Спешить некуда. Главное, что мы договорились…
— Ты так считаешь? — угрюмо буркнул он.
Несколько секунд она молча смотрела на него, и легкий румянец вспыхнул на ее щеках.
— Надо еще сообщить нашу новость Крису, — слегка отстранившись от него, сказала она.
Риса настолько потрясли эти слова, что он даже не попытался ее удержать. Крис! Занятый собственными переживаниями, Рис совершенно забыл о том, что ему необходимо объясниться с сыном. Черт возьми, что подумает Крис, когда он объявит, что женится на его избраннице, которую не захотел принимать в свою семью в качестве невестки. Можно себе представить, как тот воспримет эту новость.
К черту! Какое мне дело до Криса и его мнения, раздраженно подумал Рис. Он волен распоряжаться своей жизнью как ему заблагорассудится и женится на Диане, независимо от того, одобрит сын его выбор или нет.
Диана заметила, что, когда она напомнила Рису о сыне, он на мгновение растерялся, но уже через секунду на его лице снова появилось характерное самоуверенное выражение. Она поняла, что Риса сейчас совершенно на заботит реакция Криса на сообщение о свадьбе.
Решив во что бы то ни стало потрясти устои кондоровского семейства, Диана допускала возможность возникновения вражды между отцом и сыном. Она хотела ввергнуть их в пучину такого же отчаяния, в каком с девяти лет пребывала сама. Но когда Диана узнала Криса получше, она поняла, насколько тяжело пережил он разрыв между родителями — по странному совпадению, это произошло, когда ему тоже было девять лет, — и тогда Диана решила, что Крис не должен нести ответственность за все то, что случилось с ней.