Автор
В новой юридической истории Веры пределы понимания рушатся. Когда старшекурсникам предлагают объяснить три вопроса по закону, она получает право на самое быстрое и независимое решение — и обнаруживает, что за ее легкими ответами стоят неожиданные связи и скрытые факты....
— Да, я в офисе, но мне нужно зайти в магазин, и мы можем встретиться возле метро.
Мы согласовываем ориентиры и договариваемся пересечься через сорок минут, но когда я прихожу на место чуть раньше назначенного времени, Егор уже ждет меня. Я даже притормаживаю, разглядывая его со стороны, пока он топчет снег возле машины.
Все же… Хм… Не знаю, может, всему виной его ужасное поведение и трусость, или снова постаралась аппетитная задница Червинского, но прямо сейчас я в упор не понимаю, почему считала Егора красавцем: да, он довольно высокий и стройный, но на фоне Бабника это скорее «щуплый и средний».
Задница, опять-таки.
— Вот черт, — бормочу себе под нос, быстрым шагом направляясь в сторону Егора. — Я стала фанаткой капота Червинского. Срочно нужно принять таблеток для мозга: кажется, у меня начали выравниваться извилины.
На этот раз Егор с орхидеями: мне даже жаль маленький букет, потому что на улице конкретный минус, и бедные цветы могли бы все это время просто лежать в машине.
— Привет. — Я становлюсь рядом, и стараюсь не замечать, как Егор поглядывает на часы.
Даже если бы опоздала — а я не опоздала! — это очень некрасиво с его стороны. Многовато проколов на квадратную минуту времени.
— Привет, Вера. — Егор протягивает цветы и помогает мне сесть на соседнее с водительским место. — Выпьем кофе и поговорим.
— Без проблем.
Что-то прямо… без огонька.
Глава шестнадцатая: Вера
На самом деле все печальнее некуда.
Во-первых, всю дорогу до кафе я только то и делаю, что глазею на руки Егора, и все больше убеждаюсь, что и по рукам он конкретно проигрывает моему «женишку». То есть совершенно проигрывает: у него какие-то вялые пальцы, и я понятия не имею, как это. Ну вот просто вялые и все. Ни тебе красивых вен, ни мозолей от штанги. Тоска смертная, а не руки. Если притронется, то ощущения будут, словно пышечку приголубила.
А во-вторых еще «веселее», потому что одновременно с этим я умудряюсь каким-то образом переписываться с Червинским. То есть, пока еду на что-то вроде «почти не свидание, но очень на то похоже», я вовсю флиртую с Мариком в мессенджере: отвечаю на его заигрывания всякими наводящими ответо-вопросами. А если по-простому — мы просто дуреем. И мне все больше кажется, что в голове Червинского не только опилки, но и проблески мозгов.
