Автор
В шесть лет Гэвин уже брался за уроки, держа свой самый новый велосипед на расстоянии вытянутой руки. Но однажды он обнаружил, что ключ от дома пропал. Придя домой позже общепринятого времени, Гэвин внезапно узнает о тайном плане брата — обмануть семью, устроив скандал.
Как здорово, что ты позвонил! Как у вас дела? Как дети?
– Все хорошо. Лиз на эти выходные уехала с детьми к своей матери. Вот, сижу тут как соломенный вдовец, наслаждаюсь тишиной… Решил позвонить тебе.
Сердце откликнулось болью на его слова. Лиз уехала к матери. Неужели ему не пришло в голову навестить свою мать? Приехать с субботы на воскресенье? В дом, который они, между прочим, купили сообща…
Но Мелисса не хотела упрекать сына. Тогда он поспешил бы закончить разговор, и она вновь осталась бы наедине со своими страхами.
– Да, – сказала Мелисса, – я снова здесь. Погода замечательная. Вчера почти до половины двенадцатого сидела на террасе.
– Наслаждайся. Сама знаешь, такие деньки выпадают нечасто.
– Ну, а вы приедете в отпуск?
– Мы снова полетим на Менорку, как в прошлом году. Там уж точно в солнце нет недостатка. Да и с детьми так проще.
Менорка. Испания. Почему все едут в Испанию?
И зачем мы вообще купили этот коттедж?
Мелисса снова глубоко затянулась. Майкл, похоже, это услышал – и рассмеялся.
– Мам! Я думал, ты снова бросаешь?
Она не разделяла его веселья.
– Что-нибудь да помешает.
– То есть как?
– Уведет с пути исправления.
Она заметила, как странно звучит ее голос: хриплый и чуть надломленный. Очевидно, это не укрылось от Майкла. Он перестал смеяться.
– Что стряслось? На работе неприятности?
– Нет. Нет, всё в порядке. К счастью.
– А что не совсем в порядке?
Мелиса не нашла пепельницу. Пепел сыпался на пол.
– Ну… все та же пластинка. Ты знаешь, в феврале, убийство Ричарда…
Об этом писали во всех газетах.
– Да. И что?
– Убийца все еще на свободе.
– Бывает. Если честно, мне это не особо интересно. Рано или поздно его поймают.
– По всей видимости, у полиции нет никаких зацепок, и ничего не известно о мотивах.
Майкл вздохнул. У Мелиссы возникло ощущение, что он уже пожалел об этом звонке.
– Мам, Линвилл был полицейским. Наверняка нажил кучу врагов. Кто-то поквитался с ним за то, что его стараниями угодил за решетку. Что тебя так смущает?
– Я замечаю кое-что странное в последнее время.
– Следят? Кто?
– Не знаю. Один раз ночью кто-то стоял перед домом в Халле и смотрел на мои окна. Потом кто-то ошивался возле школы. Несколько раз мне звонили, но когда я отвечала, сразу клали трубку. И вот сейчас…"
"Она запнулась. Вот так, наверное, и вели себя старые, нервозные женщины?
– Да, мам? Что сейчас? – усталым голосом переспросил Майкл.
