В новой части "Обманувший смерть", герой вспоминает свое воскрешение, словно просыпающийся после глубокого дна. Он понимает, что жизнь - это борьба за каждый миг, даже когда тело болит и мир наполняется тревогой. Автор создает неповторимую атмосферу, где смерть кажется соседом рядом, а победа над ней только начинает раскрывать ее сложные грани....
Прояснить политические отношения родов, но... Амалия болтала неохотно, периодически закидывала вопросы и всё. Павел был вежливым, но разговоры ограничились общими вопросами, да обсуждением дуэли.
Просидели минут сорок, накормил гостей, да они сбежали. Сначала ушла Амалия, а следом и Павел. Что это сейчас было? Всем на меня плевать или что? Отправили младших, чтобы исполнили скучное дело, а те страдают, бедняги, со скуки помирают.
Не определившись, что думать по этому поводу, я забил и собрался отправиться на следующее дело.
– Что такое Пасти?
– Господин? – замер дворецкий, который в это время убирал со стола оставленные гостями кружки после чаепития.
По идеи, этим должны заниматься служанки, что подтверждала память и воспоминания. Дворецкий же занимался скорее управлением поместья. Но почему-то Сергей решил лично меня обслуживать. Момент любопытный, но не настолько, чтобы заострять на нем внимание.
– Что такое Пасти? – повторил я вопрос.
Мне тут предстоит земли защищать и право на власть отстаивать. Я подумал, что в рамках этого вопрос о Пасти уместен и не вызовет подозрений.
– Есть много теорий на этот счет.
– Жаль. А что говорят?
– Если вам интересен вопрос, господин, то рекомендую изучить заметки вашего дяди. Они с вашим отцов раньше вместе интересовались темой, но потом их пути разошлись. Ваш отец занялся делами рода, а дядя продолжил изучение.
Дядя – в голове вспыли те немногочисленные образы, что подсказала память. Лет на пять младше отца, выглядит как упитанный... Дядюшка. Любил кормить маленького Эдварда сладким и каждый раз приносил гостинцы, когда приезжал в гости.
– А где записи?
– В библиотеке, – дал очевидный ответ дворецкий с невозмутимым видом.
Вскоре я смотрел на полки, ощупывал корешки и испытывал страшные мучения от мысли, что тут десятки томов, толстых и пугающих, а времени на вдумчивое изучение всего этого нет. Но любопытство взяло своё. Начал с изучения дневников. Дядя постарался на славу, и свои наработки оставил здесь же, в библиотеке.
