Во время предыдущих визитов Эрит не заметил, что одна стена состояла сплошь из раздвижных дверей. Сегодня они были открыты, позволяя толпе перетекать из салона в бальный зал и обратно.
— Не беспокойся насчет Перри, — проговорила Оливия, идя рядом с Эритом. Лицо ее казалось оживленным, она с интересом оглядывала зал.
Эрит накрыл ладонью ее руку, лежавшую на его элегантном черном рукаве.
— Он лишь пытается защитить тебя, потому что любит. Я восхищаюсь им за это, но и досадую, что славный малый требует от тебя слишком много внимания. Оливия потрясенно округлила глаза.
— Что тебя так удивило? Оливия пожала плечами:
— Меня всегда изумляет, когда я слышу, с какой легкостью ты рассуждаешь о любви. Словно это такая же обыденная вещь, как, скажем, стул, или стол, или, к примеру, карета, дожидающаяся тебя у порога, чтобы доставить в клуб.
Эрит улыбнулся, недоумевая про себя, как такая умная женщина может упрямо не замечать очевидного.
— Не говори глупостей, Оливия. Конечно, любовь существует.
Взяв у лакея с подноса два бокала шампанского, Эрит протянул один Оливии.
— Позволь мне выразить восхищение женщиной, взявшей меня в плен, — произнес он, поднимая свой бокал.
— В самом деле? Почему же тогда я, как и ты, чувствую себя жертвой?
Эрит с улыбкой сделал глоток шампанского, надеясь, что оно охладит бушующий в нем жар.
— Ты отнюдь не жертва, Оливия.
В прекрасных топазовых глазах вспыхнул знакомый решительный огонек.
— На самом деле, Эрит, я рада, что ты пришел сюда вместе со мной сегодня. Это поможет нам сбросить груз старых ошибок и подвести итоги.
Эрит озадаченно нахмурился. Тон Оливии встревожил его. Похоже, настроение у нее изменилось. Чутье предостерегало Эрита: Оливия что-то задумала, и вряд ли ему это понравится.
— О чем ты толкуешь, черт возьми?
— Прошлой ночью ты выиграл пари. — Куртизанка повернулась к толпе. — Друзья мои, я хочу сделать объявление. — Голос Оливии тонул в оживленном гуле, но поскольку многие гости наблюдали за живописной парой, гомон толпы чуть смолк.
Десятки любопытных голов повернулись в их сторону. Все горели нетерпением узнать, какую еще забаву придумала знаменитая, великолепная, неподражаемая Оливия Рейнз.
Поскольку в этот вечер прославленная куртизанка впервые показалась в обществе со своим новым любовником, любопытство публики было накалено до предела.
Внезапно рядом с Оливией появился Монтджой. Лицо его казалось встревоженным.
— Что случилось, дорогая?
— Я дала слово лорду Эриту.
Лицо Эрита мучительно исказилось, в глазах вспыхнуло недоверие и протест.
Неужели она имеет в виду то давнее, нелепое пари? Не может быть. С тех пор слишком многое изменилось. А после прошлой ночи тем более. Оливии это хорошо известно.
Эрит решительно взял ее под руку.