Автор
Граф Эрит и куртизанка Оливия Рейнз вступают в игру, где обольститель сталкивается с расчетливой женщиной. Их взаимодействие порождает напряжение, когда Граф пытается подчинить Оливию, но их отношения полны скрытых интриг.
— За время путешествия одежда Оливии запылилась, а после прогулки вдоль цветущей живой изгороди на юбке остались разводы от цветочной пыльцы.
— Молодая леди ждет вас больше часа, мадам. Отвернувшись от зеркала, Оливия встретила хмурый взгляд Лейтема. Невозмутимый дворецкий отчаянно желал избавиться от непрошеной гостьи, но благоразумно скрывал свои мысли.
— Вот как? Спасибо, в таком случае ей придется примириться с дорожной пылью на моем платье. Я пройду в библиотеку.
Лейтем почтительно поклонился.
— Так будет лучше всего, мадам.
Одолеваемая любопытством и дурными предчувствиями, Оливия вошла в очаровательную комнату на первом этаже, которой пользовалась крайне редко. Ее жизнь в этом доме проходила в основном наверху, в пристанище греха — спальне.
Стоило ей войти, как с кресла, стоявшего возле незажженного камина, вскочила женщина в черном платье и шляпе с густой вуалью. Закутанная в темный шелк с головы до пят, таинственная незнакомка отличалась невысоким ростом и пышной фигурой.
— Я Оливия Рейнз. Кажется, вы хотели меня видеть? — Оливия вгляделась в скрытое вуалью лицо.
И как, скажите на милость, Лейтем сумел угадать, что этой женщине здесь не место? Она могла оказаться кем угодно, от герцогини Кентской до уличной потаскушки. Хотя это вряд ли — от ее роскошного наряда так и разило деньгами.
Нарочито театральным жестом женщина воздела руки в перчатках и отбросила черную вуаль.
От потрясения и ужаса желудок Оливии сжался в тугой ком.
Лейтем не зря тревожился.
Девушка гордо приосанилась, с неприкрытой ненавистью сверля взглядом куртизанку.
— Я Рома Саутвуд, дочь лорда Эрита.
Не обращая внимания на враждебность юной леди, Оливия сделала быстрый реверанс. Вполне естественно, что девица из порядочной семьи относится с презрением к падшей женщине. Таковы законы этого мира. Но что, во имя всего святого, делает эта девица в доме шлюхи? И главное, как доставить ее домой, не вызвав вселенского скандала?
— Я знаю, кто вы, миледи, — спокойно произнесла Оливия.
— Тогда вы должны знать, почему я здесь. — Голос девушки дрожал от отвращения.
— Нет, это мне не известно. Но вам следует уйти. Вы и так пробыли в моем доме слишком долго.
— Это не ваш дом. Это дом моего отца. А вы его любовница. Та, с кем он предается омерзительным страстям.
Несмотря на серьезность положения, Оливия с трудом сдержала улыбку. Леди Рому определенно отличало пристрастие к драме, свойственное многим юным девицам.
