Автор
Веселое пари между талантливой портнихой Леони и высокомерным аристократом Саймоном о том, способны ли идеальные наряды превратить невзрачную девушку в королеву красоты. Но по мере работы маркиз начинает замечать в Леони совсем не то, что предполагал поначалу.
— Вас не удивило такое неправдоподобное совпадение: они случайно натолкнулись на единственную женщину в мире, которую Суонтон мог бы обесчестить в те две недели из всей своей жизни? И где — в Париже!
Леони отвернулась, словно разглядывая сцены, проплывавшие мимо. Но Лисберн знал, она думает. Об этом говорила ее собранность, и наклон головы, и изгиб шеи.
— Не такое уж неправдоподобное, — наконец произнесла мисс Нуаро. — Я все время пыталась вспомнить, где я видела Тикера раньше. Это было в Британском Институте. Когда вы подхватили меня и…
— Я помню, — сказал он. — Отчетливо.
Лисберн не мог забыть, с каким восхищением она рассматривала картину, мимо которой другие проходили с полным безразличием."
"Он помнил ощущения от трепещущего шелка, кружев, лент и тепла ее тела в своих объятиях. Он помнил ее изысканный парижский выговор, когда она тихо поблагодарила его по-французски, и почти незаметный акцент, когда потом заговорила на безукоризненном английском. Он помнил ее запах, простой и свежий, и безумно притягательный.
— Я обратила на них внимание, на Тикера и его приятеля, — продолжала Леони. — Они вроде бы были вместе со всеми, но в то же время держались особняком. Явно джентльмены. Если таинственная женщина находилась где-то на заднем плане, пытаясь найти способ подобраться к Суонтону, она тоже могла заметить их и подойти. Или они смогли заметить ее.
Лисберн заставил себя вернуться к действительности и к приводящей в ярость правде. Из-за Тикера и Меффата его планы в эту прекрасную летнюю ночь пошли прахом. Когда они попадут к нему в руки, он будет убивать их. Медленно!
— Так как она молода и хороша собой, эта парочка без колебаний начала искать к ней подходы, — задумчиво произнес Саймон. — Хотя, может, и нет, если при ней был ребенок. Трудно сказать. Конечно, вполне возможно, что они посоветовали ей включить в игру ребенка этим вечером для усиления эффекта.
Им хватит коварства придумать такую штуку. Тикер в любом случае способен на такое. И даже если вместо того, чтобы придумывать какую-нибудь сложную мистификацию, они просто воспользовались шансом посодействовать женщине, сбить Суонтона с толку, разве будет бесчестным прибить их, исходя из общих моральных принципов?
— Могу представить, как толпа вокруг Суонтона напугала ее, — сказала Леони. — Она могла испытывать отчаяние и не знала, как подойти к нему. Вид у нее был беззащитный, и именно это позволило им думать, что она станет легкой добычей.
