Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
Но главное было в манерах леди Глэдис. Она держала себя уверенно и доброжелательно. Ее лицо никогда не станет красивым, но улыбка была хороша. А этот огонек в глазах…
Лорд Флинтон, судя по всему, был покорен.
Леони тоже была одета весьма элегантно, как раз для сегодняшнего представления. Понимание того, что она хорошо выглядит, придавало ей уверенности в себе. Но главное, таков был ее способ рекламировать собственный магазин везде, где только можно. К сожалению, у нее пока не было шанса увидеть свою протеже на светских мероприятиях.
Танец закончился, и лорд Флинтон отвел леди Глэдис к сопровождавшим ее двум матронам, которые выглядели не намного старше своих подопечных, и к другим дамам из той же компании.
Там была и леди Альда в каком-то непристойно красновато-коричневом платье, смотревшемся ужасно и явно вышедшем из ателье миссис Доунс, воображавшей себя конкуренткой «Модного дома Нуаро».
Леони подошла ближе, но не услышала, о чем шел разговор. Затем леди Глэдис рассмеялась, сказала что-то, и это заставило остальных столпиться вокруг нее."
"Леони подошла еще ближе.
Леди Глэдис читала юмористическое стихотворение.
Я пела перед тысячей мужчин,Еще с тысячей протанцевала.Вздыхала так, чтобы меня услышали сотни.И ведь услышали — я знаю.Но — возмутительно! — ни вздохи, ни песниНе дали результата.
Ах, сезон! Ах, сезон!Вот и кончился он,Ну, а я все еще без любовника…
Леди Глэдис вдруг запнулась и замолчала, когда к их группке приблизился джентльмен, высокий и стройный. Его соломенно-желтые волосы были слегка длинны, а одежда — немного театральна.
Пока оркестр держал паузу, Леони передвинулась к группке ближе, но голос лорда Суонтона доносился до нее не так отчетливо, как голос Глэдис.
