– А… почему вы решили мне об этом рассказать?
– Да потому что эти идиоты ее погубят! Они утонут вместе с ней, их сожрут акулы. Я подумал… даже, если это правда… то, что про вас пишут в газетах… будто вы дикарь… похитили ее, обесчестили, все равно ей лучше остаться с вами, чем погибнуть вместе с ними.
– Понятно… Выбрали наименьшее из двух зол. Спасибо, моряк. А теперь обратно в больничное отделение. Не хочу, чтобы ваша смерть была на моей совести!
Йен Маккензи, будучи с ранней юности человеком военным, хорошо понимал всю трагедию войны. А война эта становилась все злее, все беспощаднее. У него есть жена и ребенок. Элайна ожидает второго ребенка. После того как она стала заниматься только домом, отойдя от политики, Йен наконец почувствовал себя счастливым. Он любил жену, и она его любила.
Однако проходили месяцы, а им все никак не удавалось встретиться. Он тосковал по ней. И по своей родной Флориде.
Невозможно объяснить тупоголовым военным начальникам, что южане на восточном фронте берут верх над ними по всем статьям. Простая статистика сулила бесчисленные победы, которые почему-то так и остались мечтой. После целого лета жестоких сражений Йен снова оказался в Вашингтоне. Он сам попросил перевести его в Виргинию, осознав, что в кровавой битве может встретиться лицом к лицу со своими родственниками. Линкольн отозвал его, убежденный, что Маккензи принесет наибольшую пользу там, где и раньше, – в небольших по масштабам сражениях на своем родном полуострове. Вскоре Йен понял: в основном они занимаются тем, что отнимают припасы у мятежников, после чего те, в свою очередь, захватывают товары у них. Однако при тех безжалостных битвах, которые велись теперь, у каждой стороны появились и свои особые задачи. Для южан такой целью стало получение доступа к жизненно необходимым припасам: медикаментам, военной технике и снарядам. Северяне же, напротив, стремились отрезать мятежников от всех резервов и таким образом поставить их на колени.
Йен уже мечтал о том, как появится дома, когда прибыл посыльный от генерала Энгуса Мэджи с просьбой явиться к нему. Йен обрадовался случаю повидать старого командира перед отъездом.
Едва он вошел в резиденцию генерала Мэджи, как тот стремительно вышел к нему навстречу.
– Генерал, – начал Йен… и неожиданно получил сокрушительный удар кулаком в челюсть.
Остолбеневший Йен с трудом поборол инстинктивное желание дать сдачи. Ощупал челюсть.
– Никаких «сэров», Маккензи! Я относился к вам, как к сыну, которого у меня никогда не было! Я любил вас! Я ожидал, что вы с Райзой поженитесь, и заранее радовался этому. Вы выбрали другую – это ваше право.