В дверях стоял Йен Маккензи. Она бросилась к нему на шею. Он обнял ее, поднял в воздух, покружил.
– Йен! Как ты здесь оказался? Ты цел и невредим! Я так рада тебя видеть! Хочешь виски? Ты уже виделся с отцом? Как Элайна? Я давно ничего о ней не слышала. Правда, я ей тоже не писала. Я так занята все время!
– Виски я бы с удовольствием выпил.
Она налила ему из графина. Он сел рядом с ней на диван.
– А теперь успокойся, отдохни. Я знаю, ты очень устала. Говорят, работаешь без передышки. Знаешь, как тебя называют солдаты?
– Надеюсь, ничего плохого? Йен засмеялся:
– Генерал Ангел. Они говорят, ты здорово умеешь командовать, но одно твое прикосновение излечивает. Большинство женщин так не умеют. И выглядишь ты как ангел. Разве что эта рыжинка в волосах… Ее можно рассматривать как намек на земную греховность.
– Здесь любая женщина покажется ангелом.
– Но ты-то везде выглядишь хорошо, Райза. Только очень похудела.
– Со мной все в порядке. Мы все немного похудели. Расскажи мне что-нибудь новенькое.
– О войне? Дай-ка вспомнить… Генерала Поупа теперь люто ненавидят как южане, так и северяне, но он тем не менее уверен, что сможет продержать Твердокаменного Джексона в долине Шенандоа, пока Маклеллан не захватит Ричмонд. Генералы дерутся между собой, как дети. А мой старый наставник Роберт Ли наблюдает за всеми нами и взвешивает свои шансы. У нас многотысячный перевес над южанами по численности, поэтому мы знаем, что можем позволить себе потерять тысячу солдат на сотню южан и все равно победим. Так и ведем войну. Это настоящее безумие. Что еще я могу рассказать…
– Как Элайна? Он улыбнулся:
– Я видел ее несколько недель назад. С ней все в порядке. Очень скучает по тебе. Сказала, чтобы я попросил тебя вернуться к ней, если это возможно. Говорит, во Флориде совсем не осталось мужчин. Она считает, что если янки смогут удержать Сент-Августин, ты должна быть с ними.
Райза улыбнулась и погладила Йена по руке.
– Я бы не возражала против того, чтобы вернуться. Мне нравилось в Сент-Августине. Но сейчас я нужна здесь.
– Скажи, ты не держишь зла?
Она пожала плечами с отсутствующим видом.
– Газетчики жаждали скандала. Даже больше, чем рассказов о смерти. Для меня все это в прошлом. Я почти не вспоминаю о плене, – солгала она. – Ты видел моего отца?
– Что-нибудь не так?
Он усмехнулся, глаза его заблестели.
– Твой отец страшно разозлен. Ты, вероятно, еще не видела эту статью. Какой-то английский журналист взял интервью у Джерома.
