Варяга покинуло чувство уверенности — даже приписывая ему лидерские качества и обещания ненадежных свидетелей, он чувствовал, что что-то изменилось. Старый сходняк снова тревожил его, заставляя вспоминать каждое слово толковища, будто они были частью чего-то большего и непонятного....
Последние его ценили за то, что он был способен подыскать хату с добром, а то и найти наводчика, который за небольшой процент сумеет не только сказать, когда хозяина не будет дома, но и в каком месте лучше всего искать сбережения.
Перерождение простоватого Тимохи в хитрого и безжалостного полковника МГБ казалось не правдоподобным.
– И что же ты предлагаешь. Шельма? – спросил высокий статный старик.
Все знали его как Цыганка, – возможно, такое погоняло этому вору дали из-за курчавой шевелюры, сильно поредевшей на макушке и поседевшей на висках, а возможно, из-за того, что в молодости Цыганок, по слухам, был влюблен в молдаванку невероятной красоты, которая подарила ему трех отпрысков.
Каждый, кто слышал это бахвальство, невольно улыбался.
Но незаконнорожденные дети всегда придавали веса пахану, а потому ни один вор не отказывался от ребенка даже в том случае, если сомневался, что дитя зародилось от его семени."
"– Что я предлагаю? Оставаться бродягами, хотя в этом сучьем логове остаться бродягами будет очень трудно. Каждый из нас всю жизнь провел в тюрьме, на этапах и в пересылках.
– И как же нам выбрать смотрящего, если все мы считаемся равными?
Может, ты предлагаешь бросить жребий? – произнес красивый парень лет двадцати восьми, и губы его при этом сложились в кривую усмешку.
Это был вор по кличке Амбал. Несколько лет назад он принял сторону уркачей, переманив с собой большую группу зеков. Именно это обстоятельство решило исход конфликта между урками южной и северной России в одном из печорских лагерей.
