Может ли это быть моей проверкой на вшивость? Что, если один из охранников — этот мужчина в черном, и сейчас Суворовы тестируют меня на преданность? Может, именно поэтому движения и фигура мне кажется знакомой.
Вдруг мужчина внизу дернул головой, повернувшись вправо, пригнулся и растворился в тени живой изгороди. И сколько я после не присматривалась, я не могла его разглядеть.
Я закрыла окно и колебалась минуту.
Была ли это испытание на прочность или нет? А если нет, то будут ли меня отчитывать за промедление?
Хлопнув ладонью по кровати, я открыла дверь в коридор и подняла тревогу. В конце концов, мужчина собирался подорвать мне работу, а я не хотела провести в этом доме ни одного лишнего дня.
Дом стоял на ушах всю ночь. Меня в ультимативном порядке «попросили» оставаться в комнате, в то время пока по коридорам сновали, казалось, целые толпы. Нет, они не топали и почти не шумели. Но приглушенные голоса постоянно доносились до меня.
Во дворе мелькали тени людей и животных, и я с удивлением наблюдала, как крупные собаки по одиночке прочесывают каждый сантиметр, суют нос под каждый куст, но то и дело потряхивают головой, словно сбиваясь со следа.
Откуда здесь столько народу? Каким ветром занесло всех их во двор?
Я припомнила, как дернулся охранник от моих слов о воре, как Стас с Полиной выпытывали все до мельчайших подробностей, попросив, как только они вернутся, посмотреть вместе с ними все бумаги в кабинете еще раз. И усмехнулась, потому что была уверена, что специалисты, которые готовили бумаги к этому проекту, гораздо быстрее меня нашли бы недостающие экземпляры.
Стук в дверь отвлек меня от созерцания сада.
— Пойдем, — позвала Полина за собой, и мы прошли в мой рабочий кабинет. Коридор патрулировала пара «церберов», они проводили меня хмурым взглядом и продолжили путь.
Обычный порядок вещей на моем столе был нарушен: не на том месте стояла подставка для ручек, листы бумаги были сложены немного не так, как складывала я, да и крышку принтера я точно закрывала…
— Все на месте, мы проверили, — Суворова сложила руки на груди, внимательно смотря на меня.
Из смежной двери, ведущей в комнату, где работали наши айтишники, вышел Стас:
— Тут никого не было, — судя по его взгляду, он подразумевал оба помещения.
— Но здесь все не на своих местах, — я начала перечислять, что было не так, но Полина меня оборвала:
— Это мы проверяли. Ничего не пропало. Ни запахов, ни следов — ничего.
— Думаете, я так развлекаюсь? — не поверила я.
