— Знаешь, а ведь у меня никогда не было подруги… — внимательно посмотрев на меня, сказала она задумчиво.
— Честно говоря, я плохая подруга, — призналась я, вспоминая, как часто уходила с головой в работу, забывая про девочек. — Я забываю звонить, не люблю говорить о личном… И вообще, боюсь сглазить счастье разговорами.
— И что, помогло? — спросила меня Полина. — Ты счастлива?
Я откинулась на стул, уже не глядя на девушку.
— Тогда давай хоть на время станем подругами? — склонив голову к плечу, спросила меня Полина. Она смотрела настороженно, готовая в любой момент закрыться, и это оказалось для меня решающим моментом.
— Хорошо, пока мы здесь, — согласилась я, честно уточнив сроки. Потому что обе мы понимали, что за пределами особняка меня ждет совершенно другая жизнь. Надеюсь, что обе…
Полина подставила ладонь:
— По рукам! — мы скрепили слова рукопожатием.
Девушка заметно повеселела, встала, сама взяла чашку, налила кофе и отпила большой глоток. Она стояла ко мне вполоборота, но косила хитрым лисьим взглядом.
— Что? — не выдержала я.
— А ты знаешь… Стас спрашивал про тебя, — и невинно захлопала глазами. Ну какая девушка устоит от вопросов? Вот и я туда же!
— Да? — я напустила на себя как можно более безразличный вид. — И что спрашивал?
Полина тянула паузу, но потом не выдержала:
— Досье? — на автомате повторила я. Нет, ну чего я еще ждала?
Я постаралась скрыть досаду и недовольство, хотя и понимала, что скорее всего в моей подноготной служба безопасности Суворовых покопалась от и до.
— Не сразу, — коварная улыбка скользнула по губам Полины.
— А они разве не у безопасников хранятся у вас?
— Твоя — нет, — она виновато улыбнулась, и мне захотелось узнать, что же она там хотела найти, раз взяла к себе. Но Полина явно не собиралась раскрывать карты.
— И-и-и? — протянула я, надеясь на пояснения хоть о чем. Об интересе Стаса или о своем.
— Ну, он мне пообещал одну вещь, и мне пришлось отдать ему папочку, — она довольно развела руки в стороны, словно демонстрируя, что у нее этих документов теперь нет.
— И зачем ты мне рассказала? — я не понимала, к чему она завела этот разговор.
— А к тому, что он явно к тебе неровно дышит! — она рассмеялась, а глаза довольно сверкнули, словно она одержала маленькую победу.
Я прикрыла смущение и смятение чашкой кофе, отпила большой глоток, потом еще, пока не осушила кружку до дна.
— Ну-у-у? — нетерпеливо нависла надо мной Полина.
— Что — ну? — я встрепенулась.