– Будь ты проклята… псина! – выплюнул дон Лука, неожиданно резко подавшись ко мне торсом, опираясь широкими ладонями о колени. – Будь ты проклята…
Его резкое движение вызвало мой очередной оборот, только в обратную сторону. Моя трусишка волчица испугалась и отступила, а вместо нее в углу сжалась я в человеческой ипостаси – обнаженная девочка, на вид лет двенадцати. Будучи нормальным семейным человеком и истовым верующим, дон Саллес, увидев меня голой, с ненавистью и отвращением швырнул мне лежавший на кресле халат. Пришлось быстро, превозмогая боль, одеться.
– Где моя племянница? Она жива? – с нескрываемой угрозой спросил он.
– Я не знаю, что с ней. Наша стая… мои родные не убивали вашего брата и его семью. И никогда не встречали! А вы моих – да! Убили! – шепнула я сипло от пережитой боли, душевной и физической, от ненависти, терзавшей меня несколько лет, от безысходности и отчаянной надежды непонятно на что.
Новая минута тяжелого, мучительного молчания и раздумий, затем мой «дядюшка» встал и под оглушающий стук моего сердца, колотившегося, кажется, уже в горле, сгреб меня за воротник и поволок в коридор, а оттуда по ступеням вниз. Поместье еще спало, но, наверное, в течение ближайшего часа на кухню придут поварихи, сменится охрана, а пока, в редеющих сумерках рассвета, меня тащили по земле в храм, стоящий рядом с основным зданием поместья. Совсем скоро усилиями верного пса дона Саллеса, сеньора Мартинеса, мне на шею нацепили «украшение» – кожаный ошейник с толстым серебряным крестом, прикрепленным к тонкому колечку в центре. Таким образом мой опекун перекрыл путь нечистой силе, которая якобы должна исходить от меня. Полагаю, мне сильно повезло, что ширина ошейника не позволяла серебру касаться моей кожи.
Вернулись мы уже в кабинет дона Саллеса. Буквально отшвырнув меня от себя, он устало и тяжело рухнул в свое любимое кресло у камина и, злобно сверкая глазами, таращился на меня, двигая желваками и явно размышляя. А я, упав на пол, замерла, поджав грязные ноги и кутаясь в халат словно в защитный кокон. Неужели спаслась? Хотел бы убить – убил. Значит, мои догадки верны, и я ему жизненно нужна! И это я четко осознала, когда дон, передернувшись, откинулся на спинку кресла – немного расслабился.
Землевладельцу дону Саллесу необходимы наследники. Без них соседи будут стараться поживиться чужими землями и золотом. Быть может – и извести, как уже стало понятно, когда четыре года назад убили семью его брата.
