Все эти процессы давно описаны и изучены в судебной медицине. Но судебно-медицинская практика постоянно сталкивается с необходимостью определить давность повреждений, причем не просто определить, а обосновать выводы в экспертном заключении. Ведь именно это обычно в первую очередь интересует правоохранительные органы, которым обязательно нужно иметь точный ответ на вопрос: когда? Когда была причинена травма? Потому что без ответа невозможно будет утверждать, что травму человек получил именно в данной конкретной ситуации, а следовательно, трудно будет доказывать вину подозреваемого или обстоятельства получения травмы. А вот как раз в области установления давности повреждений и зияли значительные научные «дыры». Еще в 1975 году была разработана и опубликована методика определения давности повреждений, имевшая и свои достоинства, и недостатки. Достоинством была ее несомненная простота и доступность: использовались рутинные окраски, и применение методики не составляло ни малейшего труда для любого эксперта-гистолога, даже малоопытного. А вот недостатком являлось то, что временные интервалы, которые данная методика позволяла устанавливать, исчислялись часами. Для следствия по уголовному делу этого было совершенно недостаточно. Шестьдесят минут — это очень много. И давно уже остро стоял вопрос о том какие методы можно применить, чтобы сузить временные рамки и иметь возможность определять давность повреждений максимально точно. Сергей читал о так называемом морфометрическом методе, предложенном учеными, при котором нужно было заниматься математическим подсчетом количества различных элементов клеточной реакции на травму. Но этот метод требовал скрупулезности и огромного внимания и применяться повсеместно не мог.
— Наша кафедра, — продолжал Безгачин, сверкая глазами, — пытается найти какую-нибудь оригинальную методику. Мы и химиков привлекли из областного Бюро, они там отрабатывают вопрос об определении давности внутричерепных кровоизлияний по концентрации в них метгемоглобина, один из них даже кандидатскую на этом материале готовит. И вы подключайтесь, если вам есть что сказать по проблеме. Нам бы гистологию сюда подтянуть — было бы полезно! Вы не тушуйтесь, Сергей Михайлович, прикрепитесь соискателем, сдадите экзамены, я возьмусь осуществлять научное руководство — справитесь! А я ваш материал включу в свою докторскую. И вам выгодно, и мне. Ну так как? Решитесь?
Сергей пообещал подумать. Стать кандидатом наук было соблазнительно.
